– Хорошо, что приехал, – обратился Иоанн Васильевич к князю. – Не надо и гонца посылать. Передай Юрию Захарьичу, что высылаю на подмогу большой тверской полк во главе с князем Щеней-Патрикеевым. Из Брянска подтянем князей Стародубского с Шемячичем и Яковом Кошкиным. С тобой передам военный указ. Старшим в войсках будет Щеня-Патрикеев. Под команду Юрия Захарьича отдаю сторожевой полк. Пусть собирают силы у реки Ведроши, там и бой дадим литовцам. По слухам, горяч князь Острожский. Нужно только слегка ему поддаться, отступить, а потом ударить засадным полком.
Ну, с Богом, – Иоанн Васильевич перекрестил Телепня.
Тот неуверенно переминался с ноги на ногу.
– Ну, что ещё? – спросил государь.
– А как же Василий Иоаннович?
– Совсем забыл, – Иоанн Васильевич недовольно поморщился. – Он нам всё дело испортит. Не хватало ему только к литовцам в плен попасть. Передам со Щеней-Патрикеевым письмо к Василию, поручу поговорить с сыном. Пусть домой возвращается, ругать не буду, но и по головке не поглажу.
Прибытие князя Даниила Васильевича Щени-Патрикеева с указом о назначении его главным воеводой вывело Юрия Захарьича Кошкина из себя. Мало того, что он, видный воевода, участник казанского и новгородского походов, наместник Новгородский, отстранялся от руководства, так и секретные переговоры с княжичем всё тот же Шеня вести должен. А кто он такой, Щеня? Ну, взял два города, Хлынов и Вязьму, и ту не один, а с двоюродным братом Васькой Патрикеевым. Ну, финских крестьян пожёг вместе с братом Васькой в свейском походе. Так и он, боярин Кошкин, взял Дорогобуж без сучка и задоринки. А еретиков новгородских кто выявил и изничтожил? Нет, у него, Кошкина, заслуг больше. И пишет Юрий Захарьевич с обидой в грамоте государю: «То мне, государь, стеречь князя Данила?»
Отвечает ему Иоанн Васильевич: «Гораздо ль так делаешь? Говоришь, что тебе непригоже стеречь князя Данила: ты будешь стеречь не его, а меня и моего дела. Каковы воеводы в большом полку, таковы – и в сторожевом! Так не позор это для тебя!»
Пришлось мириться Юрию Захарьевичу с Даниилом Васильевичем. Тем паче, что по донесениям князь Острожский прошёл через Ельню и был где-то рядом, совершая марш через леса и болота. Окопался большой полк во главе со Щеней-Патрикеевым у села Ведроши. Место унылое, пойменное, тремя речками Ведрошью, Тросной и Сельной окантованное. Ждали-ждали гетмана Литовского, а всё равно, словно вынырнул из болот, аки дикий вепрь неприкаянный в поисках дичи, набросился на полки русские нежданно-негаданно. Началась сеча… О том князь Данила доносил государю своему в особой грамоте.