– Конечно, нет, – прозвучало в ответ.
– Ща удостоверишься, – хмыкнул Дмитрий Сергеевич и кинулся в свою спальню.
Трудно передать словами ужас матери и сына, когда дед притащил и плюхнул на стол стеклянную банку, в которой лежал… человеческий мизинец.
– Сам его отчекрыжил, – победно сообщил старик. – А один умелец по моей просьбе его законсервировал. Можете полюбопытствовать, палец совсем как живой!
Анюта завизжала и убежала, а Сергей ощутил прилив гордости: вот какой у него дед! Была ведьма-то, а он ее наказал.
Спустя пару лет Дмитрий Сергеевич впал в маразм, за ним потребовался уход. В семье подрастала маленькая Тереза, у Анюты, тащившей без мужа двух отпрысков, хронически не хватало денег. Семья перебивалась с хлеба на воду.
Один раз к Анюте прибежала подруга Лена вся в слезах и стала жаловаться на мужа-козла, который ушел к любовнице. Сережа, уже тогда увлекавшийся латексными поделками, мастерил очередную маску, слушая обрывки беседы, доносившиеся из кухни.
– Сукин кот! Как его вернуть?
– Сходи к бабке, пусть заговорит.
– Где ж умелую ведьму найти?
– По объявлениям пошарь.
– Ой, ой, плохо мне! Так плохо! – зарыдала Лена.
И тут Сергея осенило. Он вышел из комнаты и сказал:
– Тетя Лена, я вам помогу.
– Чем, детка? – вытирая слезы, спросила Лена.
– Верну дядю Колю. В нашей семье хранится волшебный палец настоящей ведьмы. Я сделаю его копию, отдам вам, и ваш муж вернется.
– Лучше помолчи! – рассердилась Анюта.
– Нет уж, пусть говорит, – заинтересовалась Лена.
И Сережа выдал историю, продемонстрировав под конец мизинец. Лена завизжала, но поделку заказала. Через шесть дней дядя Коля явился к жене с повинной головой. Сергей получил гонорар, который весь до копеечки отдал обалдевшей маме, а слух об удивительном пальце медленно, но верно пополз по Москве.
– Понятно, – сказала я, – со временем ты отшлифовал эту историю, придумал обряд с зеркалами, иконой и свечами. Отлично!
– Нам деньги нужны, – огрызнулся парень. – Кстати, палец работает. Не пойму, почему, но действует. Купит человек мизинец, у зеркала посидит – и бац, его желание сбывается. Людей ведь не обманешь, не зря же они ко мне прут!
– Замечательный бизнес, – процедила я сквозь зубы. – А теперь припомни фамилии своих клиентов за нынешний год.
Сергей закинул ногу на ногу.
– Назвать тех, кто покупал мизинец? – переспросил он.
– Да, – подтвердила я.
– Это невозможно.
– Почему?
– Я их не помню.
– Не ведешь учета?
Парень пожал плечами.
– Нет. А зачем? Человек деньги заплатил и ушел.
– Где ты ищешь дураков на свой товар? – Я решила заехать с другой стороны.
Сергей скрестил руки на груди.
– Получается, что и вы дура, раз палец приобрели.
– Лучше отвечай на вопрос, а то плохо будет, – пригрозила я. – Для начала я пойду в налоговую инспекцию и настучу на тебя. Не приходило в голову, что ты занимаешься незаконной торговой деятельностью и не платишь отчисления государству?
– Ничего плохого я не делаю, – испугался мошенник, – даже наоборот, людям облегчение даю. Судьба у них в лучшую сторону меняется.
– Откуда ты знаешь?
– Рассказывают.
– Кто? – дожимала я скользкого, словно мокрое мыло, собеседника.
– У меня с народом то густо, то пусто, – неожиданно стал откровенничать Сергей. – Порой три человека за вечер придут, а иногда два месяца голяк. Вот я и даю объявления в газетах. Но случается, что мне своих друзей-знакомых присылают те, кто уже купил мизинец. Тогда люди прям с порога заводят: «Дайте волшебное средство, как Наташке-Машке-Таньке, она на шикарную работу устроилась». Или про удачное замужество сообщают, исцеление от болезней…
– Прямо не палец, а шагреневая кожа, – фыркнула я. – Только она была многоразовая, лишь уменьшалась с каждым желанием.
– Латекс сильно на кожу смахивает, – согласился Сергей, абсолютно не знакомый с творчеством Бальзака. – Я придумал ноу-хау – добавку в массу. Она в руках быстро нагревается, и кажется, что палец совсем настоящий.
Я передернулась и подытожила:
– Из твоего рассказа следует, что своих клиентов ты не знаешь.
– Паспорта не спрашиваю, квитанций не заполняю, – с легкой издевкой сообщил «бизнесмен». – Некоторые сами представляются, имя называют, но я его тут же забываю. Да и что помнить-то? Смешно, ко мне все Тани Ивановы заваливаются. Хоть бы пооригинальней врали!
– Женщин больше, чем мужчин?
– Ваще одни бабы.
– Можешь описать внешность той, что приходила последней?
Сергей призадумался.
– Э… э… волосы, глаза… губы… ничего особенного.
– Блондинка?
– Ну… нет.
– Брюнетка?
– Не-а.
– Шатенка? – упорствовала я.
– Серая, как мышь, – заявил парень, – а больше и сказать нечего.
Я приуныла, но решила не сдаваться.
– Значит, клиенты приходят через знакомых и по объявлению.
– Верно, – зевнул Сергей.
– А где, так сказать, оригинал пальца?
– У деда в тайнике под подоконником, он его там хранит.
– До сих пор?
