— Тогда отдохну, приведу себя в порядок и к вам. Подежурю.
День клонился к закату. Войскам фронта удалось сорвать встречное наступление противника. Главком подтвердил приказ: временно прекратить наступление, закрепиться на достигнутых рубежах для надежного обеспечения фланга ударной группировки.
Сведения, которые добывала разведка, свидетельствовали о том, что противник проявляет заметную активность в своем тылу перед правым крылом наступающего фронта. В армии поступило указание, подписанное Баграмяном: «Усилить действия войсковой разведки с тем, чтобы непрерывно иметь данные о частях противника, действующих на фронте. Добиться в каждые два-три дня захвата контрольных пленных на участке каждой стрелковой дивизии, особенно на важнейших направлениях: лозовском, красноармейском, славянском, ворошиловском, куйбышевском, ростовском…»
А Военный совет направления уже прямо потребовал от разведки фронта: «Вскрыть подготовительные мероприятия противника к возможному переходу в наступление и установить начало и характер перегруппировки войск противника перед фронтом».
Карпенко вместе с Илищуком вызвали в штаб дивизии. Добирались они ночью с оказией, на полуторке роты материального обеспечения, трясясь в пустом кузове. Начальник разведки полка невесело сделал предположение:
— Чую, начальство подляну подкинет. Пленных немцев не много, а такой дурик, какой вам в руки попался, у фашистов. Наверное, на всю их группировку единственным был, да и тот, рядовой…
Это он вспомнил недавний случай с немецким Сусаниным. Наступление — это во многих случаях отсутствие четкой линии фронта. Бывает, что мы берем населенный пункт, наступаем дальше, а туда снова входит вражеская часть, оставшаяся за спиной. Приходится разворачиваться, идти обратно, выбивать. Постоянно происходят стычки с мелкими и крупными группами противника. Тот крендель заблудился, прошел через лес на нашу территорию, мимо проспавшего его боевого охранения. Ночь, луну и звезды облаками затянуло. Немец со страху залез на дерево и начал плакать, кричать, призывая о помощи. И надо же такому случиться, весь этот концерт он устроил рядом с расположением взвода разведки. Часть ребят за «языком» в поиск ушла, а тут пожалте, нате вам и ходить никуда не надо. Ну и сняли товарища с дерева, весь полк валялся от смеха.
— Наверняка жирного «языка» притащить потребуют.
— Дело наше такое. — Не слишком расстроился взводный. — Скажут, будем добывать.
Майор косо глянул в темноту в сторону подчиненного. Молодой, кровь играет. Уж сколько за войну крови насмотрелся, а воюет, будто играет. Не наиграется никак. Но это, может, и хорошо, что такой. Будь он другим… Н-да! Пришлось бы в пехоту списать и на взвод кого нового подыскивать.
В штабе, своей мотаниной похожем на растревоженный муравейник, обоих прямо с порога да прямиком к командарму запихнули. Генерал со своей свитой штабников, несмотря на время суток, делом занимался, даже не сразу понял, кого перед ним представили и зачем. Объяснили.
— А-а! Разведчик! — особое внимание акцентировал на персоне младшего лейтенанта. Тут же приказал штабным: — Товарищи командиры, пятнадцатиминутный перекур. Прервемся. Начальнику разведки дивизии остаться.
Присесть не предложил, да и помещение к тому не располагало. Сразу быка за рога взял, обращаясь к тому, кто в ближайшие дни в его оркестре будет солировать первой скрипкой:
— Вся армия ведет наступление, а при наступлении важны глаза и уши, способные донести до мозга важную информацию. Придется тебе, младший лейтенант, не за «языком» идти, а в рейд по тылам противника. При этом обращаю внимание, что твоя группа не первой будет. По всему фронту немцы лютуют, четыре группы разведчиков сгинули, даже весточку подать не успели. Развединформации кот наплакал. Из людей своего взвода подберешь тех, кого посчитаешь нужным. Радиста тебе дадут. Выдвинешься в тыл немецких частей. Что от тебя требуется… Следить за подходом свежих резервов противника из глубины к линии фронта, установить районы сосредоточения этих резервов и вскрыть подготавливаемое противником направление главного контрудара. Следить за подвозом всех видов снабжения и особенно за поступлением артиллерии, танков. Это главное. Ну и, естественно, докладывать мне. Ясно?
— Так точно, товарищ генерал.
— Тогда всё. Все нюансы предстоящего рейда решишь с майором Кибальчичем и майором Илищуком.
— Есть!
— Тогда не задерживаю и… удачи тебе, лейтенант.
День на подготовку. В окопы передовой линии группа Карпенко вышла, когда совсем стемнело. В месте намеченного перехода их уже ждали командир батальона, ротный и начальник разведки полка.
— Ну как, готовы? — спросил взводного майор Илищук.
— Готовы.
— Саперы проход проделали. Сержант Мальцев проводит до колючки.
— Немцев не потревожили?
— Тихо все, но если заметят, сразу назад возвращайтесь, а то я тебя знаю. Постараешься на нейтралке отсидеться, а под утро…
— Товарищ майор, всего-то раз было.
