– Мне нужно вон на ту гору, – показала она, вырисовывая высокую скалу на другом берегу реки.
– Зачем? Да ты можешь нормально всё рассказать?! – вспылил Мэт, приостановив спешащую девушку, схватив её за руку.
– Мэттью, зачем тебе это? Ты можешь сейчас спокойно вернуться к своим. Нет, ты же ищешь приключения на свою задницу. Это касается только меня. Так что, если ты сейчас уйдёшь, то я пойму и более того, поддержу твой выбор.
– Это перестало касаться одну тебя, когда я спас тебя. Да и не всё ли равно тебе, если на одну задницу будет больше?
– Хорошо. Это твой выбор, я тебя не принуждала.
– Посмотрел бы я на твои принуждения, – с ухмылкой выпалил Мэттью, не отставая.
– Мне нужно к племени Раоми. Там мне подскажут, как связаться с тем самым магистром.
– Это, конечно, всё хорошо, но откуда ты узнала про всё это?
– Мне сказали, – отрешённо ответила Эли, не усугубляясь в подробности.
– Кто, если ты была одна на поляне?
– Если я тебе скажу, ты вообще примешь меня за сумасшедшую.
– Тут уже не понятно кто более сумасшедший, – слетело с языка парня, аккуратно обходящего ядовитые шипы онгаоноги. – Довольно странно видеть у нас этот цветок. Раньше его можно было увидеть только в Новой Зеландии. И то приезжие о нём ни сном, ни духом были – получали невыносимой боли ожоги или же, если вообще не повезёт, погибали.
– Ты бы лучше меньше разглагольствовал, ходячая энциклопедия, а смотрел под ноги. Онгаонога мутировала в нашем регионе и теперь это не просто огромный раскидистый кустарник, он пускает по земле ещё «дьявольские силки», как их прозвали местные. Если в них запутался, то от тебя за пару минут останется лишь мокрое место. И нет ничего удивительного в том, что теперь это растение и у нас… со всей этой дрянью, полезшей из глубин Ада, это не единственный предмет, появившийся у нас.
– Ты бы лучше меньше разглагольствовал, ходячая энциклопедия, а смотрел под ноги, – тихо повторил он за Эли, кривя рожицу.
– Детский сад, ей Богу, – закатив глаза, огрызнулась Эли, и через секунду споткнулась об камень, едва не упав на торчащие с земли колья.
– Пожалуйста, – с улыбкой победителя ответил Мэттью, возвращая девушку в вертикальное положение.
– Что за чёрт! – поправляя одежду, выругалась Эли.
– Колья? Да ещё и из осины?
– Шуточки про вампиров не принимаются. Нам ещё этого не хватало тут для полного счастья.
– Да ладно, древесина осины полна различных мифов. Их даже всех-то и не упомнишь.
– Назови хоть несколько, – тщательно изучая кол, поинтересовалась Эли.
– Да с лёгкостью: наши древние пращуры считали, что осина служит проводником в иной мир; ветка осины, брошенная колдуном, сбивает спутника с дороги; осиновый колышек, вбитый под основание дома, способен забрать здоровье и силы у домочадцев.
– Погоди, – подымаясь с колен, девушка внимательно осматривала окрестности, – повтори последний – осиновый кол, вбитый под основание дома…
– Забирает здоровье и силы у домочадцев, – Мэттью озадаченно посмотрел на встревоженную Элизабет, – но здесь ведь нет домов.
– А колышков тут прилично натыкано. У тебя есть зажигалка?
– Да, но что ты задумала?
– Помоги сперва вытащить все и положить в одно место.
Мэтью помог девушке и когда был вытащен последний девяносто девятый колышек, Эли подожгла их, обратив внимание на чистое впереди поле: – Смотри вперёд, сейчас всё поймёшь.
Как только огонь коснулся кольев, в небо всполохнуло ярко-синее пламя, от которого веяло жутким холодом. Сквозь местами прозрачное полымя, пустая поляна преображалась в болото. Ещё через 5 секунд пламя загорелось ярко-зелёным цветом и исчезло, как и пепел кольев, разнесённый ветром. Теперь и наяву перед путешественниками открывалось непроходимое болото, рассеянное в небольшом тумане.
– Как ты догадалась? – выпучив глаза, едва соскочило с его уст.
– Ну, ты же сам мне поведал предания. А я что-то похожее уже слышала. Вот и решила проверить свою догадку.
– Ладно, тут ты молодец. Мы не устанем, и нас не засосёт мираж чистого поля. Но что дальше? Я лично не вижу отсюда выхода.
– Минутку, – шевеля указательным пальцем, Эли направилась к небольшой заросшей скале, позади них, – кажется, в той шкатулке был нож. Достань его.
Мэтью непонимающе кивнул, достал рукодельный нож и вручил его, что-то ищущей, Элизабет.
– Нет, сруби, пожалуйста, вот эти заросли, – оттолкнув руку Мэта, указала на заросший растениями огромный булыжник.
– Где же он, – ковыряясь в рюкзаке, вопрошала девушка, – вот!
Тусклый свет озарил постриженную скалу, и Эли принялась читать на ней надписи, аккуратно выводя каждый символ:
– Это вещий камень. На нём говорится: Прямо пойдёшь – что ищешь – найдёшь, но всю боль обретёшь, налево свернёшь – бывать тебе ни живым, ни мёртвым, землю не повидаешь; если же направо – не видать тебе ничего, близкого там потеряешь.
– В смысле? Тот самый камень, что на распутье у богатырей стоял? Только что-то там проще камень-то излагался, – тяжело выдохнул Мэтью, – может прямо нам надо? «Что ищешь – найдёшь»?
– Слишком примитивно, – обдумывая каждое слово, едва прошептала девушка, – мне кажется, нам налево.
