Да и контроль помещений, где ведётся производство, недостаточно вести обычными средствами наблюдения. Многие специализированные устройства — например, пиры, портативные интеллектуальные регистраторы — способны прятаться от электронного наблюдения, маскироваться и быть незаметными для иуса систем безопасности. Поэтому за дело берутся обученные охранники С.Б., использующие помимо всего прочего и собственные органы чувств. Как ни странно, обмануть профессионала гораздо сложнее, чем любое самое совершенное интеллектуальное устройство. Но, чтобы видеть своими глазами, а не приборами, охранникам нужен свет. Так что запреты на отключение света и на использование зеркал никого из специалистов по безопасности не удивили. Скорее, их застала врасплох неадекватная реакция на эти требования большей части руководителей и работников предприятий, выполняющих заказы по изготовлению узлов и деталей "Хантера"…
Для секретаря Президента Конфедерации по вопросам безопасности генерала Бартоломео Луцио всё это было очевидно, его интересовало совсем другое:
— Кто, полковник?
Полковник Мартин Кейси уныло пожал плечами.
— Извините, сэр. Проследить всю преступную "цепочку" до конца не удалось. Работник, непосредственно произведший хищение информации с лунного завода Си-Эм погиб, виновный в его гибели, техник-наладчик скафов успел покинуть зону контроля раньше, чем был объявлен в розыск, но его флаер, как выяснилось позднее, разбился раньше, чем добрался до гражданского космопорта. На теле техника следователи обнаружили кристалл с похищенной информацией, но гарантий того, что утечки не произошло, никто не даст.
— Плохо. Скажите, Мартин, в этом деле могут быть замешаны… "чужие"?
— Вполне, сэр. Обращают на себя внимание некоторые "нестыковки". Оба погибших специалиста — я не имею в виду инженера Аугусту Сантино, оказавшуюся замешанной в коррупционных сделках — характеризуются только с положительной стороны. Но их коллеги при опросах отметили, что и тот, и другой в последнее время вели себя несколько неестественно — по словам их общего приятеля, как куклы, которыми кто-то управлял со стороны. Свои служебные обязанности они продолжали выполнять без нареканий, но в остальном… увы! — полковник беспомощно развёл руки. — И отказ скафа, и падение флаера, да ещё и повлёкшее за собой смерть пилота — события экстраординарные, но и здесь нет ни единой "зацепки".
— Вы полагаете, полковник, что всё это могла организовать спецслужба одного из кланов?
— Вполне, сэр, ничего, превышающего уровень известных технологий продемонстрировано не было… в каждом отдельно взятом эпизоде. Но вся картина в целом демонстрирует просто запредельный для нас уровень согласованности действий исполнителей. К тому же остаётся ощущение, что погибшие действовали под сильным принуждением со стороны, даже не осознавая последствий собственных поступков…
— Значит, Мартин, участие "чужих" исключить нельзя. Кого-нибудь из резидентов выявить удалось?
— Помимо Цао? — позволил себе усмешку Кейси. — Есть одна слабенькая ниточка, ведущая к обществу "Мосдот Хабад". Пассажирский паром, на который так спешил разбившийся техник, отправился именно в Ершалем и билет — кстати, весьма недешёвый — заказал местный житель, некто Шимон Блюмкин.
— Я полагаю, — вернул усмешку Луцио, — что такого человека найти не удалось?
Полковник кивнул.
— Его никогда в природе не существовало, сэр.
— Но денежный перевод всё-таки кто-то сделал? У кого со счёта ушли деньги на билет, полковник?
— Место на пароме оплатил секретарь господина Ицхака Коэна, одного из руководителей Общества, сэр. И он, и сам Коэн, отрицают своё участие в данном эпизоде, и имеют надёжное алиби: в это время они под пристальным наблюдением собратьев по Обществу проводили очистительные процедуры, которые не допускают использование и присутствие поблизости каких-либо электронных устройств. Поэтому и личные ибры, и личные ключи были ими сданы и опечатаны в присутствии независимых нотариусов. Эта процедура проводится регулярно и ничем особенным не является.
— Вы считаете, Мартин, что Коэна и общество "Мосдот Хабад" кто-то "подставил"?
— Нет, сэр. Резидент — либо сам Коэн, либо кто-то из его родных. Никто другой не смог бы ввести в заблуждение иус платёжного терминала… так вовремя.
Ребе Менахем бен Менахем-Мендл Коэн аккуратно развернул древний свиток Торы, величайшую драгоценность общества "Мосдот Хабад". Возраст сокровища внушал благоговейный трепет, ибо оно было создано ещё в эпоху мамонтов. Они исчезли, а слово, записанное в те давние времена, продолжает жить.
Бог существовал всегда, и по Воле Его возник Мир. Не сразу, не в одно мгновение, ибо это противно Воле Его, он возник по частям, начиная с неба, земли и света, и заканчивая человеком. И на каждое новое творение уходила целая эпоха, ибо день и ночь Бога и человека несоизмеримы…
