Очевидная проверка. Проданная на военные нужды модификация содержала 278 вместо 271 в поле ревизии. Это мог знать Пол Уитман и очень узкий круг посвящённых, кто непосредственно занимался закупкой технологий, для всех остальных значение имели лишь последние четыре цифры, обозначающие год выхода патента.
– Или вы ошибаетесь, или морочите мне голову! – я сверился с данными Пола о проданных технологиях, полученных с его персонального компьютера на Приме, – Вам была поставлена двести семьдесят восьмая ревизия.
– Мелкая неточность… – Яков низко поклонился, сняв фуражку и прижав её к груди, – Простите.
– Проверяете меня? – я рассмеялся, достал ловушку с душой Пола и помахал перед носом гида, – Это нельзя подделать. Тем более нельзя, потому что этот прототип есть только у меня.
– Мы заметили непохожесть на обычную Сферу Души и насторожились, – Яков согнулся ещё ниже, к нему присоединилась и Вильма, – Простите…
– Ничего страшного! – я прошёл вперёд и начал спускаться по лестнице, бросая слова через плечо, – Лучше перестраховаться, ведь так?
Двое выпрямились и побежали за мной, боясь отстать. Я пропустил Якова вперёд показывать дорогу, а Вильму взял под руку. От неё пахло нейтральными духами и едва слышно феромонами.
В здании легко можно было заблудиться из-за лабиринта коридоров и лестниц. "Плох тот пилот, что не сумеет тут сориентироваться," – подумал я. Людей было немного, в основном все куда-то спешили по своим делам. Несколько раз попадались группы детей в военной форме.
– Со скольких лет вы учите пилотов? – спросил я, – Если не секрет, конечно.
– С рождения, – коротко ответил Яков. После проверки на крыше они с Вильмой притихли и старались не смотреть на меня. "Интересно, а сколько тестов я уже прошёл незаметно для себя? Или не прошёл?" – думать о плохом не хотелось, но мысли о провале не покидали.
– Мы пришли, – Яков приложил палец к датчику на двери и кровью подтвердил личность.
Открылся просторный зал, залитый белизной: стены, пол и потолок, вся мебель были чистого белого цвета. В несколько рядов располагались столы с анатомическим рельефом. Других приборов не было видно, как и органов управления.
– Просто лечь и закрыть глаза? – спросил я, указывая на ближайший стол.
– Да. Система подключится к вам через стандартный радиосигнал сверхблизкого радиуса действия.
– Мне привычнее через Сферу…
– Бессмертных среди пилотов нет и оборудование рассчитано на обычного человека, – Яков ещё раз низко поклонился.
"Где тут может быть подвох?" – мысль пульсировала и жгла изнутри, но уже нельзя было останавливаться. Поверхность стола ощущалась каменной и холодной – лежать на ней даже в одежде оказалось неприятно. Никому не было дела до мальчишек-пилотов.
– А зачем вообще пилоты, если кораблями управляет искусственный интеллект? – спросил я, ёрзая на неудобном ложементе.
– Ну кто-то же должен ненавидеть врага… Вы ведь все хотите самых грозных и жестоких воинов, – Яков пожал плечами и запустил симулятор.
Холод. Онемение конечностей или, вернее, их отсутствие. Отсутствие всего тела. Сознание рассредоточено, но это не даётся в ощущениях. Только знание. Из чувств только одна ярость и стремление двигаться. Степень детализации симулятора действительно поражала: чёрный космос, звёзды, населённая планетка под брюхом корабля-носителя, и я – кусок композитных материалов, кибернетика и человеческое сознание внутри нервной сети "размазанной" по неживой оболочке. Каждый датчик, каждый сканер воспринимался словно собственная часть тела.
– Тестовый полёт, – не голос, а цифровой поток извне мной воспринимался голосом – так проще для остатков человечности, – Задача: пройти последовательно по всем точкам маршрута.
Рама оттолкнула меня от носителя, придав излишнее вращение, которое я автоматически погасил, но лишь частично, а оставшийся импульс использовал для разворота и выхода на оптимальную траекторию. Атмосфера планеты здесь представляла собой следовые количества ионизированного газа, но даже их воздействие просчитывалось в симуляторе, а мне приходилось учитывать при расходе энергии. Всё получалось просто и так же естественно, как ходьба или любое другое движение.
На выполнение задания ушло несколько часов времени внутри программы. Я постоянно обращался к своему собственному телу в реальности и узнал, что время в симуляции текло намного быстрее, и для Якова с Вильмой прошло не больше минуты.
– Тестовый полёт завершён успешно, – пришло сообщение на последнем контрольном пункте, – Загружается бой за Ги-61.
Обстановка сменилась почти мгновенно. Плотное кольцо вокруг газового гиганта, где стремительно двигалась матка Гегемонии к группе противников: десяток крупных кораблей, сравнимых с нашим носителем, и несколько сотен мелких, снующих между ними. Сброс произошёл без предупреждения, но я мгновенно сориентировался и вышел в пространство за маткой в составе звена истребителей идентичных моему.
