Охранники оторопели на миг, и мне хватило этого времени, чтобы оттолкнуть ещё дёргающееся тело и метнуть пару новых осколков. В цепи загонщиков образовалась брешь, позволившая вырваться и оставить преследователей позади. Яхта Уитмана ждала, оставленная у самой кромки голубой поляны, всего в паре сотен метров от беседки. Дверь шлюза откинулась в сторону, подчиняясь моему приказу, и тут же захлопнулась, когда я прокатился кубарем по трапу и спрятался за угол. Несколько снарядов чиркнуло по обшивке, но не смогли причинить вреда. Силовая установка, включенная заранее, легко подняла корабль над землёй и почти без препятствий вышла из атмосферы платформы-резиденции.
Очевидно, что проскочить мимо оборонительных систем должно быть очень сложно. Вот только я не ожидал настолько масштабного ответа: тысячи штурмовиков объединялись в ударные группировки и очень быстро формировали гигантскую сеть для перехвата, ближайшие платформы роя Дайсона меняли ориентацию, чтобы выпустить дополнительные машины. Дальнобойные плазменные пушки и лазерные батареи не могли поразить небольшую и юркую цель на расстояниях планетарного масштаба и остались неподвижны.
Яхта служила элитному представителю Гегемонии, а значит свободно конкурировала в скорости и манёвренности со многими кораблями, но её главным предназначением всё равно оставалась демонстрация роскоши. Воевать на этом судне с флотом Арсера было невозможно. Вспомнилось посвящение выпускницы в симуляции посреди пьяной толпы, и спокойная уверенность вызвала грустную улыбку. Пилотам штурмовиков, мальчишкам и девчонкам, размазанным по внутренностям железных коробок, успешно вбивали в головы науку убивать и пафосно погибать в боях, создавая яростных воинов. Меня тоже когда-то натаскивали, как пса, и внушали, что смерть от руки врага почётна. Почти полвека ушло на то, чтобы переучиться и осознать ложность такого подхода – важнее всего выполнить задачу, вытащить товарищей и выжить самому, а уже потом, в глубокой старости, желательно во сне делать последние вдох и выдох.
Слияние с яхтой прошло быстро и легко: несмотря ни на что бессмертные ничем не отличались от остальных людей, и нейромодули работали одинаково. Не без помощи знаний, полученных в симуляторе, я успел рассчитать, как будут нападать штурмовики, и вычислил несколько наиболее вероятных траекторий ухода.
Приблизившиеся первыми защитники Арсера приступили к атакующему манёвру, когда яхта открыла вялый ответный огонь и увернулась. Два корабля противника нарушили построение и развернулись по экстремальной дуге – слишком очевидные цели, что показались частью какой-то ловушки и благодаря этому остались целы, а я заложил крутой разворот и устремился по заготовленной траектории удирать из системы.
Стала заметна ещё одна особенность поведения, на которую я не обратил внимания в симуляции: отдельные пилоты конкурировали в бою друг с другом. Они использовали любую возможность оказаться впереди или навестись на цель, даже в ущерб тактической позиции остальных, словно стая зверей на охоте, где добыча не делиться поровну, а достаётся самым активным и везучим. Это позволило мне оторваться ещё больше и сосредоточиться на состоянии двигателей яхты.
Движение немного быстрее бега людям, никогда не летавшим в космосе, кажется умопомрачительным и опасным. Уходя от преследования, я разогнался меньше, чем на пару процентов скорости света, и гонка стала предсказуемой, скучной и выматывающе медленной. До края поля, подавляющего возможность использовать установку нырка, предстояло лететь не меньше пары часов.
Штурмовики продолжали преследование, хоть и безнадёжно. Системы регулирования состояния организма впрыснули в кровь немного стимуляторов, чтобы до конца этой гонки сохранилась концентрация и способность быстро реагировать. Нужно ещё успеть послать сообщение на Зоркий, чтобы уходили без меня.
Перехватчики отстали, когда поняли, что разрыв между нами не сокращается. Арсер создавал отряды карателей-убийц очень эффективных для борьбы с пиратами и для набегов. Спрос на личные отряды головорезов удачно совпал с выгодой для владельца верфей. Гоняться за профессиональным и опытным пилотом они оказались неспособны.
На самой границе системы в пустоте висели редкие, небольшие и малозаметные станции, формирующие поле, блокирующее сверхсветовые переходы. Если не знать об этом, то можно угодить в ловушку, но я теперь знал, как и многое другое. Всё то, что позволит переломить врагу хребет.
– Группа! Не отвечайте! – закричал я в эфир, как только яхта оказалась в свободном от глушилок пространстве, – Уходим раздельно!
Шифрованный радиосигнал разлетелся в стороны бинарным кодом и оставалось надеяться, что на Зорком его отследят и успеют скрыться до того, как будут обнаружены. Приказ повторился несколько раз прежде, чем яхта совершила нырок.
