В переулке дрались двое. И один ей был известен слишком хорошо. В отставленной руке он держал давешнюю розу. Другого - высокого парня с тонкими чертами лица - она видела раньше только глазами Брайды. Противник уверенно теснил юношу к стене.
Ветки возможных событий начали разворачиваться перед глазами. Сейчас юношу ранят - несерьезно, он быстро поправится, подружится с Ферро, и Анабелла уже ничего не сможет изменить.
Она оглянулась - старенькая повозка вот-вот поравняется с переулком. Но грузный мужчина на козлах слишком занят собой, чтобы вертеть головой по сторонам. Надо поправить это недоразумение! Саламанкеро поймала лошадь за упряжь, потянула в сторону переулка. Та испуганно вскинула морду, заржала, хозяин на козлах оживился, и, наконец, увидел драку.
- Стража! Стража...
Дело сделано. Планы дукэ пойдут прахом. По крайней мере, близкое знакомство с юношей отложится на неопределенное время.
Анабелла ступила в дрожащий воздух. Проход на площадь постепенно исчезал, затягивался в привычную тоннельную стену.
Навалилась усталость, тоскливое ожидание неприятного, непоправимого лишило последних сил. Женщина пошатнулась, схватилась за стенку. Острый сучок больно впился в запястье, по локтю потекла теплая струйка. Кровь? Лизнула запястье - так и есть! Тоннель воспринимает саламанкеро как чужеродную сущность!
Если она хочет выжить, надо возвращаться. Но нет... Анабелла собралась с духом и поплелась вперед.
Тоннель ощутимо сужался, женщина сгибалась в три погибели, протискиваясь сквозь шершавую кору. Вот они - обещанные жернова. Теперь она испытает гнев дерева на собственном опыте. Выступил холодный пот, паника накатила волной. Анабелла закричала и сделала последний рывок.
Ступеньки крошились под ногами, чадили факелы, выхватывая фрагменты осыпавшейся настенной мозаики. Панно собиралось со вкусом и размахом, кое-где остались золотые и серебряные пластинки, осколки драгоценных камней, тонкие линии искусного рисунка.
Над перилами поднялось облачко пыли - Анабелла едва сдержалась, чтобы не чихнуть. Обычно невидимая и неслышимая другими, как любой покинувший тоннель прядильщик, сейчас она могла очутиться на всеобщем обозрении. Саламанкеро не знала правил новой игры, и никто ей не собирался их рассказывать.
Анабелла споткнулась, наклонилась - на полу блеснул кусочек мозаики. Она подобрала пластинку, сунула в карман - пригодится. Высокая арка с фрагментами сохранившейся лепки открывала просторный холл. Языки факелов плясали, бросали отсветы на мужские фигуры, высокие шляпы с подрагивающими перьями, стиснутые на эфесах пальцы.
Судя по возбужденным возгласам и свисту рассекаемого шпагой воздуха, ей снова посчастливилось попасть на дуэль. Или дружеский поединок - из тех, что любят устраивать мужчины, дабы потешить свое самолюбие.
Она подошла поближе, тронула высокого здоровяка за плечо. Тот вздрогнул, удивленно оглянулся. Глуповатое лицо вытянулось в недоумении, запульсировал на щеке шрам.
Анабелла затаила дыхание.
Здесь около пятидесяти человек, отлично владеющих шпагой. К тому же кто-то может узнать в ней саламанкеро, и это недопустимо. А уничтожить всех свидетелей не получится даже при большом желании. Трое, пятеро, с натяжкой семеро - она успеет метнуть пару ножей, припрятанных для таких случаев в голенище сапога, успеет отобрать шпагу, да хотя бы у этого верзилы, и уложить, скажем, еще несколько неудачников. Но остальные ее просто растопчут.
Губы здоровяка разъехались в кривой ухмылке, глаза залоснились.
Анабелла подобралась и... расслабилась. Только свободный пройдет рубежи.
Они смотрели друг на друга целую вечность, пока из-за ее спины не вынырнул кривоногий коротышка. Верзила посторонился, похлопал товарища по плечу:
- Эри, скорее! Пропускаешь замечательный бой! Парнишка того и гляди сделает мастера!
Саламанкеро прошмыгнула в просвет, уже без опаски освобождая себе дорогу. Мужчины расступались, растерянно озираясь.
В середине круга плясали Ферро и ... Мар... Эймар. Анабелла наконец смогла вспомнить его имя. Значит, старые знакомцы встретились. Только тогда кругом лежал снег, а теперь легкие рубашки, лица блестят от пота - выходит, скоро лето.
Дукэ легко отражал удары, и, казалось, скучал, но Анабелла слишком хорошо его знала, чтобы доверять этой маске спокойствия. Складка на переносице - признак озабоченности, чуть приподнятая левая бровь - удивление. В обычно самоуверенной усмешке мелькнула искорка тепла. Как странно.
Женщина перевела взгляд на Эймара. Парень порядком устал - яркий румянец залил щеки, мокрые от пота пряди волос падали на лоб. Но его технике мог позавидовать и Ферро. Эймар не делал лишних движений, он не дрался - в ту минуту юноша жил. А если хочешь жить дальше, побеждать надо всегда. И он выиграет этот шутовской поединок. Потому что для дукэ бой - игра, каких много, а у Эймара другой не будет.
Ветки событий открывались и закрывались перед глазами.
Эймар - победитель.
Эймар - побежденный.
Эймар - побежденный и "случайно" раненный.
Эймар - мертвый.
