Это было абсолютно неуместно, но я не смог удержаться от вопроса и тихо спросил:
— Прости меня за этот вопрос, а что не так с Иезекиилем? Я тут и наслушался всякого, и реакция Кридана…
Звук открывающейся двери и разбивающейся об пол кружки, судя по одуряющему запаху, с кофе, заставил меня развернуться на сто восемьдесят градусов.
Лысеющий мужчина явно за пятьдесят, судорожно выхватив пистолет, направил его на нас. Форма сидела на нем мешковато, а лишний вес явно давал понять, что перед нами кто угодно, но не боец.
— Не двигаться. Кто вы такие? Говори или я выстрелю. — похоже, с оружием в руках он чувствовал себя крутым «техасским рейнджером».
— Спокойно. — сказал я, поднимая руки за голову. — Мы не опасны.
— Эй, кто там еще, выйди вперед и руки за голову, — крикнул он Еве. Та выскользнула из-за моей спины, повиновавшись команде. При поднятии рук, расстегнутая кофта фейри подалась в сторону, обнажая ее торс.
Мужчина на секунду застыл, уткнувшись взглядом в высокую и изящную грудь фейри, которая, воспользовавшись моментом, сделала быстрый пас, вбивая случайного гостя в стену энергетическим ударом. «Пушки детям не игрушки.» — мысленно усмехнулся я. С пояса тела раздались шипящие звуки рации.
— Афанасий! Афанасий! — голос говорившего срывался на крик. — Тревога! Они в архивах!
Вот дерьмо!
Рванув к двери, я напряг все свои чувства, пытаясь понять, есть ли кто-то с той стороны или нет, но лоа, отправленный наружу, подтверждал мои ощущения — путь чист.
— Никого.
Ева кивнув, пробежалась своими тонкими и изящными пальцами по панели, открывая дверь.
— Ты так и пойдешь? — кивнул я на кофту.
— А, это… — тихо произнесла она, буквально одним движением застегнув все крючки обратно.
Быстро, но осторожно выйдя из помещения, мы двинулись в противоположную от первоначального спуска сторону. Стелясь вдоль металлических стен и избегая всевидящих глаз камер, мы добрались до очередной развилки.
— Туда. — фейри указала налево.
Постоянно вслушиваясь, мы крались, как профессиональные грабители банков из фильмов. Казалось, что ничто не может нам помешать выполнить задачу и выбраться из этого чертова подземелья. Внешний вид коридоров изменился, он, казалось, говорил, что мы выбрались из нежилых помещений и, судя по разметке на стенах, движемся к выходу.
— Ева, можно спросить, какая актуальная клятва у тебя?
— Это не секрет — я должна делать все, что в моих силах и умениях, ради выполнения целей Ордена.
Тут я понял, что еще меньше понимаю фейри. Она только что осуждала троля за его потребность «привязаться» к девчонке, и примерно так же связала свою судьбу с некой организацией, в которую верила. Забавные идеалисты. Но вот интересно, если направленность Ордена резко изменится, она ведь окажется в ловушке, выполняя противоположные цели. Или тогда это будет считаться другим образованием и магия клятвопреступления работать уже не будет? Действительно, похоже мой человеческий мозг устроен как-то совсем иначе, и понять их логику мне было затруднительно. А может Ева просто не раскрыла мне всех нюансов — как эти клятвы даются, в каких формулировках и другие интересные детали.
Еще несколько минут блужданий и мы оказались у лифта. «А вот и выход», — мысленно улыбнулся я.
В кабине было всего две кнопки и, судя по тому что нижняя был подсвечена, мы находились как раз в самой глубине здания. Я нажал на кнопку, лифт медленно двинулся вверх.
****
Когда двери лифта открылись, нас ждал сюрприз.
В холле, перед лифтом, девять человек в военной форме слушали какого-то «пиджака». Словно в замедленном кино, все начали оборачиваться в нашу сторону.
— Прорываемся. — шепнула Ева, стремительно рванув вперед, а с ее рук, серебряными молниями, веером полетели сякены.
Ее гибкая фигура взвилась в воздух, чтобы, на мгновение зависнув, обрушить новый град метательных пластин. Словно в замедленной съемке я видел, как острие одного из них вскрывает щеку бойца, щедро разбрызгивая ярко-красную кровь капли которой образовали в воздухе замысловатую фигуру. Сверкнула яркая рубиновая вспышка.
Стараясь не отставать, я с ударом ноги влетел в одного из бойцов, одновременно запуская лоа в другого.
— Не стрелять! Брать живьем! — раздался крик одетого в «гражданку» человека. А потом время начало привычный бег.
Зверь внутри меня победно взвыл, он хотел настоящего боя на пределе возможностей. Сегодня я чувствовал себя единым с ним, словно между нами больше нет преград. Я ощутил неимоверную легкость и уверенность в себе.
