— Стой. — дернулся я к нему, понимая, что не смогу спокойно дать убить себя человеку, только что спасшему наши жизни. Не дав ему опомниться, я ребром ладони выбил у него из рук пистолет и обернулся к Еве. — Это друг.
— Еще один
— Идемте, я выведу вас, — ответил психолог. Меня поразило, насколько быстро он сориентировался и его желание покончить с собой сменилось попыткой доказать свою пользу.
— Что ж, идемте, — ответила фейри, пристально глядя на фсбшника. По ее выражению лица я подумал, что, возможно, ее мозг агента уже прикидывал, как использовать несчастного капитана в своих целях.
Вздох облегчения вырвался из груди психолога. Мы двигались за ним по каким-то совсем другим коридорам, а меня не оставляла мысль, что меня немного провели и пистолет у виска был очередной манипуляцией. Хотя, оказавшийся у наших ног труп красноречиво говорил в пользу капитана. Похоже, я и впрямь параноик. Но был еще один момент.
— Не помню, как тебя зовут, — шепнул на бегу.
— Руслан, — тут же отозвался наш провожатый.
— Хорошо, Руслан, какого хрена ты тут забыл, объясни! Ты что — шпионишь за мной? — руки сами собой от напряжения сжались в кулаки. Я снова чувствовал себя Ферой-капоэйристом, а не шаманом-вудуистом, говорящим с духами.
— Ты не поверишь, Фера — мягко, пытаясь меня успокоить, ответил психолог. — могу я называть тебя Фера?
— Ты уже называл, ближе к делу.
— Мне нужно было с утра взять кое-какие бумаги в архивах…
Полусотник с храмовником отступали, стараясь не привлекать внимания. Их вечная грызня отошла на второй план. Сейчас для них было главным выполнить задачу и выбраться наружу.
— Ты можешь нас утянуть сквозь землю? — Иезекииль задал вопрос, от которого зависели все дальнейшие планы.
— Нет. — на лице троля было такое выражение, будто он не хотел признаваться в своем бессилии, но, переборов себя, Кридан продолжил. — В некоторых местах города есть сложности с перемещением.
— Неисповедимы пути Господни.
Продолжая двигаться в полном молчании, они шли, ориентируясь на подземное чутье здоровяка. На подходе к очередному перекрестку, стал слышен звук шагов и голос, отчитывающийся, что у них все чисто.
Храмовник случайно встретился глазами с командиром тройки и в этот же момент с мелодичным перезвоном его оберег перестал работать. Словно призрак, католик появился прямо перед ошарашенными бойцами.
Дула автоматов уже вскидывались, когда с ревом «Ver thik, her ek kom!» (перевод: берегись, я иду) оба бойца были сметены яростным рывком тролля. Боевой крест на цепи еще летел в сторону головы командира отряда, как все уже было кончено. Бронежилеты солдат не могли спасти от чудовищной мощи молота полусотника.
— Второй! Что у вас происходит? Второй, ответь. — надрывалась чудом уцелевшая рация. Тяжелый сапог троля раздавил рацию. Последнее, что они услышали. — Всем постам, они в секторе 4А.
Их загоняли, словно бешенных псов. Кридан, уже совершенно не скрываясь, разбивал каждую камеру, попадающуюся ему на пути. Звук грохота тяжелых ботинок набатом раздавался по коридорам. Неожиданно лицо полусотника озарилось кровожадной улыбкой, от которой даже невозмутимого экзорциста внутренне передернуло.
— За мной, храмовник. Клянусь костями земли, я придумал, как выбраться!
Буквально с солдатами на хвосте, они влетели в зал, поддерживаемый несколькими колоннами.
— Вглубь — проревел тролль, одновременно размашистым ударом молота снося первую колонну. Иезекииль отступил в самый угол помещения ко второму выходу.
Кридан крутанул над головой молотом и обрушил его на следующую колонну. С потолка начала падать пыль. «Он что — хочет тут все обрушить?» — подумал храмовник.
С обрушением третьей колонны, потолок начало шатать все сильнее, сверху уже падали куски перекрытий. Сквозь медвежий рев полусотника раздались звуки выстрелов.
На одежде гиганта начали расплываться влажные круги, но это нисколько не помешало ему разбить очередную колонну. В комнате, из-за поднявшейся пыли, уже практически ничего нельзя было увидеть.
Рев разъяренного берсерка говорил о том, что тролль еще жив. С гулким ударом вдребезги разлетелась очередная колонна. Раздался скрип разрушаемых под грузом перекрытий….
Выбравшись на воздух, Gato и Пика оказались в небольшом скверике во дворе старого, по меркам Новосибирска, дома. Они сразу же скользнули в соседний двор, пройдя вдоль гаражей и спрятавшись за мусорными баками. И только там сняли, наконец, мешавшие дышать балаклавы. Застегнув куртку, девушка жадно глотала ртом морозный воздух, а Кот, вытащив смартфон, отправил сообщение в телеграм: «я и Пика выбрались. Ждём».
Из припаркованной возле баков машины, так удачно скрывавшей беглецов, вышли двое и остановились с другой стороны баков. Чиркнула зажигалка.
— Я дозвонился. Он стоит у входа, говорит, никто пока не пускает. — послышался голос. — Его точно ожидают к шести?
— Шеф сказал, что да. Так что пусть ждет. Несахарный — подождет, не растает. Зря я ему плачу, что-ли. — произнес человек слегка визгливым голосом.
