На следующий день адмирал круче повернул на юг. Всем стало ясно, что эскадра обойдет острова Зеленого Мыса не с запада, как было объявлено, а с востока. Что это? Упрямство португальца, привыкшего на пути в Индию прижиматься к побережью, или хитрый маневр, попытка избежать встречи с кораблями Мануэла, курсирующими за островами с целью захвата флотилии? Историки не нашли ответа. На Канарских островах Магеллан провел талантливую операцию по дезинформации противника. Если существовали две эскадры, направленные из Португалии для ареста испанцев, то, получив сведения от шпионов о последнем распоряжении адмирала, обязательно блокировали бы море с западной стороны островов. В таком случае Магеллан получал шанс незаметно проскочить на юг, где на огромном пространстве океана открывались большие возможности для маневров. Если мое предположение правильно, то надо отметить дерзкую смелость капитана. Не всякий адмирал отважился бы ломиться напролом по столбовой португальской дороге, где каждый день грозит встречей с возвращающимися из Индии кораблями.
Все это подтверждает запись в конце дневника Пигафетты. На Молуккских островах итальянец встретился с португальским офицером Педру Афонсу ди Лорозой, дезертировавшим со службы и сообщившим испанцам: «Король Португалии, раздосадованный тем, что португалец посмел пойти против него, послал несколько судов к мысу Доброй Надежды и столько же к мысу Святой Марии, где живут людоеды, с целью воспрепятствовать продвижению флота Магеллана, но они не нашли его. Узнав, что капитан перешел в другое море и находится на пути в Молукку португальский король немедленно написал своему главному капитану в Индии, дону Дьогу Лопишу ди Сикейре[15], приказ направить шесть судов в Молукку. Последний не мог это сделать, так как в то время турецкий султан направлялся в Малакку и он был вынужден послать ему навстречу 60 весельных судов к проливу Мекки в стране Джуда.
На побережье могучего и красивого города Адема они нашли только малое число поврежденных галер и сожгли их. После этого главный капитан выслал навстречу нам (т. е. экспедиции Магеллана) большой галион с двумя рядами пушек, но он не мог двинуться дальше из-за мелей и течений вблизи Малакки, а также противного ветра. Капитаном галиона был португалец Франсишку Фарья[16]».
Непонятно, почему такие точные сведения упускаются или подвергаются сомнениям? Их особая ценность заключается в том, что получены задним числом от человека, поплатившегося жизнью за откровения с врагами. Они никоим образом не могли повлиять на события годовой давности, что-либо объяснить или оправдать, так как испанцев на Молуккских островах совершенно не волновало, почему в начале плавания они обошли острова Зеленого Мыса с востока? Их беспокоило другое: Мануэл не забыл о Магеллане, пытался перехватить эскадру на обратном пути.
«За несколько дней до нашего прихода на Молукки, – пишет Пигафетта со слов ди Лорозы, – в этих местах появилась каравелла с двумя джонками, чтобы добыть о нас сведения. Джонки с семью португальцами прибыли в Бакьян принять груз гвоздики. Так как португальцы отнеслись без должного уважения к женам раджи и его подданным, отказывались повиноваться правилам, то их убили. Когда весть дошла до ожидавших на каравелле, они решили немедленно вернуться в Малакку, покинув джонки с 400 бахарами гвоздики и немалым количеством товаров для закупки дополнительно 100 бахаров».
Когда Магеллан плыл вдоль африканского побережья, он знал, что уже десять лет португальцы секретно пользуются островами. Мануэл имел разведанную дорогу до конечного пункта, поэтому адмирал правильно решил: его попытаются задержать в начале пути или на островах.
На мой взгляд, сообщение ди Лорозы о посылке судов к мысу Доброй Надежды имеет несколько объяснений: во-первых, португальцы блокировали основную дорогу к островам Пряностей; во-вторых, предполагали, будто флотилия пойдет путем первооткрывателей Земли Святого Креста – вдоль континента за экватор, затем резко на запад; в-третьих, не найдя пролив, испанцы направились бы к островам восточным путем и наткнулись на португальцев.
Если корабли Мануэла поджидали Магеллана у южной оконечности Африки, то предосторожность адмирала принесла одни неприятности, ибо осенью самый удобный путь в Бразилию лежит западнее островов Зеленого Мыса. Но если эта флотилия, или другая, стерегла испанцев у Западной Африки, а затем перешла в Экваториальную и Южную, то капитан принял верное решение: незаметно обойти противника с востока, где его не ожидали.
