Первые годы он упоминался как «Безопасная долина». В период с 1563 по 1565 год испанцы подчинили острова и удерживали их до 1898 года. Филиппинский архипелаг явился последней испанской колонией, получившей независимость. В XX столетии Хомонхон вновь привлек к себе внимание. В 1944 году 24–26 октября к западу от него американцы разгромили японский флот, заняли Филиппинские острова, кроме острова Лусон.
Историческая обстановка на Филиппинах к началу XVI столетия благоприятствовала миссии Магеллана. Архипелаг находился на стадии первобытно-общинного строя, лишь на Лусоне, Себу, островах Сулу сформировалось феодальное общество, раздираемое противоречиями, распрями с соседями. Развитию феодализма способствовало влияние империи Маджапахит, существовавшей на Яве до 1520 года. Индуистская империя яростно сопротивлялась вторжению ислама на архипелаг, но потерпела поражение. Создалась ситуация, когда прежние властители потеряли власть, а новые не упрочили свое положение.
В момент сумятицы и неразберихи на востоке появилась третья сила – флотилия Магеллана, пусть малочисленная, но оснащенная стальными доспехами и огнестрельным оружием, неизвестным большинству населения. Лучших условий для колонизации и христианизации островов нельзя было пожелать.
Годом раньше в похожей ситуации оказались войска Кортеса в Центральной Америке, а затем, в соответствии с чудовищной закономерностью исторического процесса, то же самое произойдет с Писсаро на южноамериканском материке.
«Индонезийские острова Калимантан, Тимор, Молукки, на которых побывают корабли Магеллана, также находились под влиянием империи Маджапахит, – пишет П. Ланге. – И там европейцы появились в то время, когда правившие прибрежными территориями островов феодалы стали освобождаться из-под вассальной зависимости империи и начали создавать исламские княжества. Этим объяснялись частые военные конфликты, о которых мы еще услышим и в которых примут участие испанцы. Если бы они встретили земли, принадлежащие государству с высокой культурой, и о которой свидетельствуют храмовые постройки Борободура на Яве, имевшие прочные связи с Китаем и Индией, вполне возможно, что им бы пришлось ограничиться ролью просителей».
Эскадра вышла с Хомонхона 25 марта, в первый день Страстной недели, и в четверг утром отшвартовалась у Масавы, где накануне ночью заметили огни. К флагману подплыла лодка с восьмью голыми татуированными гребцами. Удивленно разглядывая каравеллу с толпящимися на палубе людьми, туземцы описали широкий круг. Им приветливо махали руками, дразнили красными шапками, лентами, дешевыми украшениями, но индейцы проявили осторожность, не поддались искушению принять дары. Адмирал велел Энрике начать переговоры.
