– Мы попали в шторм, – альгвасил хотел обнять хозяина острова, но тот отстранился. – Жуткая история… – устало промолвил командир. – Мы похоронили в океане более половины команды.
– Ты говорил, будто корабли способны ходить по воде при любой погоде? – не поверил царек.
– Бывают несчастья… – вздохнул капитан, почувствовавший изменившееся к нему отношение аборигенов. – Мы подождем новые корабли на Тидоре.
– Вам нельзя туда плыть, – касик покачал головой.
– Почему?
– Там сейчас португальцы. Они пришли на семи кораблях, подчинили себе соседние острова.
– Ты дал им клятву? – испугался испанец.
– Они не доплыли до меня.
– Семь кораблей? – выкинул на пальцах Панкальдо, надеясь на ошибку раджи.
– Три корабля вернулись на Банду, четыре перешли на Тернате, где сеньор Бриту строит крепость, – пояснил властитель.
– Сколько у него людей? – поинтересовался капитан.
– В десять раз больше, чем у тебя.
– На Хальмахере много искусных воинов… – начал Эспиноса.
– Э, нет, – отшатнулся властитель. – Не втягивай меня в войну!
– Ты дал слово помогать нам, – нахмурился альгвасил.
– Я не отказываюсь от него, но не могу сражаться против четырех кораблей и двух сотен железных воинов.
– Ты забыл о наших пушках… – теряя надежду, напомнил испанец.
– Нет, – замотал головой властитель. – Сыновья Абулеиса и раджи соседних островов выступят на стороне Бриту. Мы не одолеем их.
– Альмансор тоже подчинился королю Португалии? Что стало с властителем Бакьяна?
– Они присягнули капитан-генералу.
– Предатели! – возмутился Гонсало. – Они пожалеют об этом!
– Не суди их строго. Иначе бы они погибли.
– Я хочу немедленно послать гонца на Тидоре! – топнул ногой Эспиноса.
– Не спеши. Альмансор не в силах помочь тебе.
– Мы укрепили ему крепость, дали оружие!
– У него нет пороха.
– Порох есть у нас.
– Много?
– Хватит на сражение.
– На одно?
– Ты думаешь, их будет много?
– Не затевай войну. Твои люди больны, корабль разрушен. Предложи португальцам мир до прихода вашей эскадры.
– Они не примут его.
– Тогда живи у меня, – посоветовал властитель.
– Ты не боишься португальцев? – усмехнулся капитан.
– Я надеюсь на силу короля Карла, – серьезно ответил раджа.
– Вам нельзя обострять отношения с сеньором Бриту— осторожно заметил Афонсу ди Лороза. – Я знаю его. Он смел и жесток. Его не запугать разбитой каравеллой с тысячей голых воинов. Надо дождаться помощи в укромном уголке.
– Твой человек говорит правду, – согласился туземец. – Капитан-генерал не будет искать вас на Хальмахере.
– Бриту не оставит нас в покое, – задумался Эспиноса.
– Испания не ведет войны с Португалией, – сказал Панкальдо. – Давай пошлем гонца к нему с просьбой о помощи?
– Ты в своем уме? – удивился капитан.
– Через два-три дня Бриту узнает о нашем возвращении. Лучше самим уведомить его.
– В этом что-то есть… – поддержал итальянца ди Лороза. – У нас возникнет маленькая надежда сохранить свои жизни.
– Неужели наши дела так плохи? – поморщился капитан.
– Хуже не бывают, – вздохнул Санчо. – Думали: доплывем до Хальмахеры – конец заботам! А они только начинаются.
– Пиши португальцам послание, – велел альгвасил.
Испанцы ошиблись, предполагая первыми сообщить капитан-генералу о возвращении на Хальмахеры. Осведомители Бриту оказались проворнее. 22 октября адмирал получил известие, что вблизи земли дрейфует неизвестный корабль. Он сразу вспомнил о кастильцах, отправил три каравеллы захватить судно и доставить на Тернате. Португальцы заняли «Тринидад», привели на остров.
К этому времени эпидемия среди португальцев прошла, унеся с собой 50 человеческих жизней. Больные оправились, принялись за строительство крепости. На берегу возводились стены, копались рвы. Туземцы собирали камни, приносили к форту, складывали в кучи. На горах, где цвела гвоздика, рубили лес, заготавливали бревна. Португальцы прочно обосновывались на острове.
Альмансор упустил возможность одним ударом покончить с Бриту, засел в крепости, ждал случая, надеялся на возвращение испанцев. Португальцы не тревожили его, следили за переговорами с соседями. Неудача Эспиносы сильно расстроила касика, но оставался корабль Элькано, первым уплывший в Испанию и, вероятно, уже возглавивший флотилию короля. Альмансор ждал ее, а Бриту готовился дать отпор кастильскому вторжению на острова.
«Тринидад» закрепили в гавани на якорях, команду свезли на берег, где в палатке у строившейся крепости жил капитан-генерал. Бриту вышел к испанцам, столпившимся у воды под охраной солдат. Дон Гарсиа следовал за ним.
– Кто капитан? – поинтересовался командующий, презрительно разглядывая оборванных босых моряков.
– Я, сеньор, – выступил вперед альгвасил.
– Имя? – резко бросил Бриту.
– Гонсало Гомес де Эспиноса, – гордо представился тот с высоко поднятой головой.
– Сколько плаваешь? – португалец невольно испытывал уважение к пленному офицеру.
– Три года.
– Всего? Кем был раньше?
– Альгвасилом флота.
– Полицейским… – поморщился капитан-генерал и утратил к нему интерес. – Среди вас есть кормчие?
– Да, сеньор, – ответил Панкальдо.
– Ты вел записи пройденного пути?
– Да.
– Где они?
– В каюте «Тринидада».
– Потом посмотрим.
