– Да. Как только проблема будет решена, я уйду навсегда.
Облизнула губы и пролепетала:
– Но почему ты…
Он как-то странно усмехнулся с ноткой раздражения и грубо отчеканил:
– Потому… что так хочу.
Закрыла глаза, понимая, другого и не следовало ожидать. Ферзь иначе не может. А я… буду спасена, жить со своей малышкой. Вроде все хорошо, но что будет со мной за это время? Я же…
Хватка ослабла. Мужчина положил ладони на диван, стараясь не касаться меня. Он окинул меня задумчивым взглядом и сухо поинтересовался:
– Что скажешь?
– А разве у меня есть выбор? – обреченно воскликнула, медленно задирая его футболку, прикасаясь пальцами к груди, слыша хриплый стон мужчины. Потянулась и прикоснулась губами к шее, чувствуя мгновенный ток по коже.
Только хотела снять футболку, как он перехватил руки и убежденно заявил:
– Выбор есть всегда. Но в этот раз без жертв с твоей стороны. Мне надоел этот драматизм.
Его слова заставили задуматься. Застопорилась. Действительно, раз так… то зачем сопротивляться? Тем более мысль делить с ним постель… не вызывает отвращения или ненависти. Я горела от страсти в его руках. А потом… когда все закончится, я смогу дальше думать о своей нормальной жизни. Сейчас мы поедем на неделю в Ярославль, чтобы после суда пройти все затребованные процедуры. Так сказал Егор. Затем будем появляться только в определенные даты на судебные заседания. Остается надеяться, что все быстро закончится.
Да, я могла добровольно быть с ним, но подсознательно чувствовала, что это огромная ошибка. Нельзя соглашаться, чтобы потом не увязнуть. Или наоборот? Потом легче будет? Не знала, что думать.
Наклонилась, утыкаясь головой в его грудь, и сказала:
– Ты, правда, меня отпустишь, несмотря ни на что?
– Мне нужно только твое тело, – успокоил он, поднимая мое лицо за подбородок, притягивая к себе.
– Я хочу услышать обещание, – осмелилась просить, чтобы быть уверенной.
– Мое слово – обещание.
Мы смотрели друг другу в глаза, а потом я сама прикоснулась к его губам и прошептала:
– Спасибо, Вадим.
Ответ я ощутила. Его руки с силой сжали талию, придавливая к его мощному, возбужденному телу, а губы атаковали со всей страстью и дикостью, не давая шанса на нежность. Но я и не хотела. Я горела от острых, сладких ощущений, которые дарил мне этот мужчина.
Взволнованная сидела на скамейке, вытирая вспотевшие руки о платье. Прошло первое заседание. До сих пор не верила, что я смотрела в глаза Высокову, отцу моей дочери, уничтожавшему меня на протяжении сорока минут ненавистным взглядом. Была рада осознать, что сейчас у меня к нему остались лишь презрение, гнев и надежда, что он даст нам жить свободно. Нет, видела четко – он готов на все, чтобы я отдала ребенка и исчезла. Лучше всего НАВСЕГДА. Нужно отметить – его адвокаты столько грязи на меня вылили, что вынуждена была признать их богатое воображение. Хотя в зале суда меня трясло и слезы стояли в глазах.
Итог – процедура отцовства и психологические экспертизы. Этого ждала – Ретохин предупредил. Посмотрела на часы и увидела, как ко мне приближается мужчина. Все дни Егор заботился обо мне, удивляя добротой и пониманием. В своей квартире жить не могла, что Егор моментально понял, когда не отважилась пройти дальше порога. Он отобрал ключи и, закрыв дверь, молча повел в гостиницу, не отпуская моей ладони. Не могла объяснить свое состояние. Этот город душил меня, не оставляя надежды на счастливое будущее. Если получится и справедливость восторжествует, я бы хотела оборвать все связи и уехать. Очень хотела.
По деньгам – у меня оставалась сумма, что вручила мне Ирина перед моим побегом. Но когда я попыталась сказать мужчине, что хочу оплатить свое проживание, Егор недовольно нахмурился и попросил, чтобы не волновалась.
Ферзь не оставил меня, был моей тенью. Поздней ночью после заселения я проснулась от прикосновений и мужского тепла. Он сгреб в объятья и с недовольством буркнул, что если сама не усну, то найдет занятие. Было странно слышать такие слова от него, но решила, что он слишком устал. Тем более Вадим довольно сложный человек и понять его не могла. А наутро я проснулась от ласк его жадных рук, моментально реагируя, яро отвечая, забывая обо всем на свете.
Когда за завтраком в ресторане встретилась с Егором, стыдно было глаза поднять. Ретохин ухаживал, не замечая моих попыток оградиться от него. Я давала понять, что мне не нужны отношения, но он не слышал, отчего все больше путалось.
С Ириной разговаривала каждый день. Спрашивала про свою девочку, очень скучала. Но ничего не поделаешь. В одном была уверена – Алена в безопасности. И это успокаивало материнское сердце. Да, я не идеальная, наивная и простая, но ради своей девочки готова была на все.
Глянула на небо, отмечая белоснежные облака, расплывающиеся по небесному полотну. Плыли они безмятежно и нежно, завораживая своим видом. Хотелось закрыть глаза и ничего не делать, но гнетущие мысли настораживали. И пусть сегодня стояла теплая погода, хотела, чтобы день прошел побыстрее.
