– Друг? – раздраженно воскликнул Ретохин, удивляя меня. Но в следующую секунду мужчина тяжело вздохнул и спокойно произнес: – Прости, я за тебя сильно переживаю. Когда ты не со мной, начинаю придумывать чёрт-те что. Быстрее бы тебя увидеть и тогда уже успокоюсь.
– Спасибо, – выдавила и прикрыла трубку ладонью, слыша странные рычащие нотки, идущие от мужчины.
– Не пойму… Зачем они так сделали? Это ведь твоя семья, – голос мужчины был взволнован и вибрировал. Я была благодарна ему за заботу и такое доброе отношение ко мне.
– Хотели отдать Высокову. Им… нужны деньги, – кратко объяснила, ощущая, как от правды в груди что-то сжалось. И вот уже пора так не реагировать, а мне до сих пор больно от их предательства. А как по-другому, ведь больше родных у меня нет? А теперь… только я и дочь. И еще сестра додумалась после всего обвинять меня? Как так?
– Скажи, где ты и я заберу тебя. Кто твой друг? Почему мне не позвонила?
Растерялась. Обернулась и застопорилась, отмечая, как Вадим повернулся и с каким-то диким нетерпением смотрит на меня. Ждал ответа. Губы сжаты в тонкую линию, глаза неестественно прищурены – Ферзь на пределе.
– Я… – тыкала пальцем по боковой панели, отключила звук, чтобы абонент не слышал. Сделала паузу, обдумывая слова, и спросила у водителя: – Что можно сказать?
Ни звука. Мужчина уверенно управлял машиной, не поворачиваясь ко мне. Ожидая, я не могла сдержать эмоций, понимая, что Ретохин ждет ответа, а я молчу. Протянула руку и дотронулась до плеча Вадима, моментально вздрагивая, стоило мужчине посмотреть на меня.
Такой пугающий, свирепый взгляд, заставляющий забыть о том, что хотела узнать. Такая резкая перемена… Предположила – Ферзь зол.
– Кто он такой, чтобы перед ним отчитываться?
– Егор… помогает мне и волнуется.
Длинные пальцы мужчины с силой сжали кожаный руль, отчего послышался неприятный звук. Он резко крутанул в сторону, поворачивая направо, и прогрохотал:
– Через двадцать минут будешь в гостинице.
– А про тебя? – понимала, что не стоит спрашивать, но я боялась, что скажу лишнего или наоборот – вызову подозрение своими молчанками.
Суровый мужчина повел челюстью и грубо выдал:
– Если скажешь о том, что помогаю, то не забудь предупредить его, чтобы держался подальше, потому что ты спишь со мной. Моя. Если у него есть возражения, я решу их с ним.
Огонь пошел по венам. Стало невыносимо жарко. Как такое сказать? Он что… совсем уже? Да у меня язык не повернется. Сглотнула и включила звук, как можно беспечнее заявляя:
– Старый знакомый. Егор, я буду через двадцать минут в гостинице.
– Хорошо. Тогда и поговорим. После процедуры заедем в ресторан. Надеюсь, что ты голодна.
Зубы впились в нижнюю губу. Я боялась посмотреть на Ферзя, чувствуя агрессию в салоне. Почему он злится? Не хотела думать, а вот что он в ярости ощущала каждой клеткой своего тела.
– Голодна, – пролепетала, вспоминая, что Ферзь после страстного утра заказал завтрак и не позволил встать, пока все не съела. Буквально кое-как впихивала в себя еду под его зорким взглядом. И тут заявляю, что голодна. Но как иначе ответить Егору?
– Отлично. Раз все хорошо, тогда я со спокойной душой заеду в одно место, а потом к тебе. Примерно на все – сорок минут. Успеешь собраться и ждать меня в фойе?
– Да, конечно.
Отключившись, я дрожащими руками запихнула смартфон в сумку, продолжая смотреть вперед, размышляя про себя о том, что подумал Ферзь. Сидела и боялась дышать. Не могла я быть спокойной, когда он рядом. И пусть подсознательно знала, что Вадим не причинит мне боли и не обидит, но сильно реагировала, путаясь в своих мыслях.
Двадцать минут прошли в полнейшей тишине. Оказавшись у гостиницы, Вадим остановил джип и первым вышел из машины, направляясь ко мне. Заторопилась сама, но ремень безопасности, как назло, тяжело открывался.
Дверь распахнулась, и я застыла, забывая, чем занималась. Ферзь оградил меня предупреждающим взглядом и быстро помог с ремнем, резко дернув на себя, помогая слезть, хватая за руку, направляясь вперед.
Мысль, что кто-то из персонала может нас увидеть, заставила застопориться и остановиться на месте. Со страхом смотрела на Вадима, когда он медленно повернулся и поднял бровь.
– Я… в гостиницу заехала с Егором. Ему могут сказать…
Мужчина молчал, убивая гневным взглядом, с каждой секундой преображаясь в опасную маску. Не прерывая взгляда, он дернул на себя, вбивая в грудь, одной рукой обхватывая за талию, и грубо поинтересовался:
– Напомнить условия, которые я тебе поставил, когда предложил помощь?
– Я все выполняю… – как можно тише пробубнила, пытаясь вырваться, что было бесполезно. От Ферзя невозможно скрыться, не то что сбежать, когда он рядом.
– Так чего ты так переживаешь о том, что подумает твой адвокат? Не лучше ли беспокоиться о том, что меня невероятно бесит сам факт, что ты даешь ему шанс быть ближе?
– Потом… – задыхалась от его давящей дикой ауры, теряла мысль, пытаясь справиться с эмоциями, – когда…
Мужчина почти с силой сжал талию, причиняя боль, наклоняя голову в нескольких миллиметрах от моих губ, с рычанием выдыхая:
– И что потом? Ну!
