– Но постой… как же… – бессвязно бормотала, двигаясь за ним, поглаживая ножку Алены, которая прижалась к груди мужчины и лишь только ее движения, говорили, что с ней все в порядке.
– Пойдем, – рявкнул Вадим, резко оборачиваясь, и моментально хватая за руку, двигаясь в сторону кладовой через дым.
– Там огонь, – напомнила ему, поспевая за ним, надеясь, что он знает, что делает.
– Нужно пройти. Полотенцем закрой лицо.
Полотенце! Резко дернула его за руки и дрожащими руками дала второе, с дрожью в голосе выдыхая:
– Возьми, – Ферзь остановился, секунду смотрел на меня, а потом кивнул и позволил мне прицепить полотенце, которое уже почти высохло. Пока старалась, обреченно прошептала: – Мы не сможем.
Рывок – и оказалась прижата к его груди. Мужчина сцепил пальцами подбородок и громко заверил:
– Сможем. Мы сможем! Главное – как можно быстрее выбраться, – Вадим перехватил за руку и повел вперед, продолжая говорить: – Тебе и Алене нужно выйти и незаметно уйти.
– Подожди. А если я им все объясню? Что здесь только мы. Ферзя нет и не было. Они поймут. Почему не принять помощь?
– Нет, ты не можешь быть здесь. Никто не должен знать, что ты связана с наемником. Никто! По их данным – ты далеко, поэтому нужно уходить, пока они не нашли.
– Но ты…
– Я останусь. Мне нужно…
– Но…
– Нет времени.
Бежала за ним, чувствуя жар, тяжело дыша, потому что горячий воздух опалял, не давая свободно двигаться, видеть и дышать. Оказавшись у двери в кладовую, Вадим опустил малышку, которую я тут же обняла и, приложив палец, моментально распахнул ее.
Чистый воздух. Дым был, но совсем редкий, почти неощутимый. Остановилась и стала жадно хватать ртом воздух, но тут же почувствовала захват кисти. Мужчина ухватил за локоть, а дочь за кисть, напоминая о том, о чем они договаривались, и повел нас к стене, где стоял громоздкий шкаф. Остановившись, Вадим глянул на руку, где на черных электронных часах была схема и красные двигающиеся точки, повел челюстью и резко начал двигать громадину в сторону, за которой оказалась дверь.
Не верила своим глазам. Действительно – деревянная дверь. Немного покосившаяся, со щелями, которой давным-давно никто не пользовался.
– Пройдете туннель – окажетесь в лесу. Осторожно двигайтесь – в некоторых местах проход засыпан и несколько дней шел сильный дождь.
– Но…
– Когда выйдете, сразу же идите в деревню. Там найдешь ветхий дом, у ворот которого лежит старая лодка. Зайдешь и скажешь, что от Вадима Фирсанова. Он знает, что делать дальше.
Кивнула, запоминая и не желая идти без него. Не представляла, как справимся одни. Почему он здесь остается? Какая причина? Нужно уходить! И когда он открыл дверь, почувствовала запах земли, плесени, вцепилась в его теплую кофту и панически выпалила:
– Я пойду только с тобой.
– Нет. Только ты и Алена, – категорично заявил мужчина.
Покачала головой, сильнее цепляясь, пытаясь найти слова, чтобы убедить. Не могла принять его решения. Послышался всхлип дочери. Она шмыгнула носом и слезно протянула:
– Мне страшно…
Только потянулась к ней, но застыла на месте, когда Вадим обнял ее и спокойно сказал:
– Маленький котенок, не плачь, – на его слова Алена начала сильнее кривить нос, намереваясь расплакаться, жалобно взирая на мужчину. Вадим ласково провел по ее щеке и продолжил: – Ты молодец. Смелая и отважная! Поэтому держись крепко за маму и не плачь. Ты же помнишь про брата?
– Помню.
– Хорошо. Тогда договорились?
Девочка вытерла нос рукавом теплого платья и с огромной надеждой спросила:
– Папа, а ты… ты вернешься к нам?
Ферзь ухмыльнулся, взъерошил светлые курчавые волосы и выдал:
– Конечно. Но ты помни, что обещала.
Она закивала и резко подалась к нему, обнимая за шею, сильно сжимая. Не могла сдвинуться с места. Появилась мысль, что он с нами прощается. Но почему?
Наши взгляды встретились, и с мольбой прошептала:
– Пожалуйста, пойдем с нами. Я тебя очень прошу.
– Котенок, все будет хорошо, – произнес он и одним движением снял свитер, передавая его мне. – Ночью выпал снег – одевайся.
Чувствовала, что он так говорит, чтобы успокоить меня. Только поэтому. Он не знал, вернется или нет. Видела по его состоянию, что он готов к схватке. Задрожала и прошептала:
– Ты сказал, что не оставишь нас. Я не хочу. Пожалуйста, не бросай нас.
Он смотрел секунду, а потом резко вбил в свою грудь, хватая ладонями за лицо. Провел по коже, чуть надавливая пальцами, а потом закрыл глаза. Видела, что ему трудно, но он не говорил ни слова. Сканировал, запоминал, словно думал о том, что в последний раз видит.
– Пожалуйста, – захлебывалась в своих словах. Эмоции переполняли сознание, мысли вибрировали, переплетаясь, превращаясь в нелепость. Так было тяжело говорить, но не могла молчать. – Я не хочу… не хочу, чтобы ты оставался. Ты нам нужен! Нужен. Я…
Он поднял мой подбородок и провел пальцами по губам. Несколько секунд смотрел, а потом накрыл губы, целуя с таким отчаянием и страстью, что забыла, как дышать, полностью подчиняясь напору мужчины.
