— Да неужели? — повысил голос Кей и ударил бокалом по столу, так что жидкость оттуда расплескалась на стол. — Гем, когда мне показали её досье, я мог всё ей рассказать! — он поднялся из-за стола. — Мог, но не сделал! — громом раздались его слова на кухне. — Конечный выбор был за мной! — он ткнул себя пальцем в грудь. — Я предал её доверие! Я, а не кто-то другой!
Звук разбитого стекла. Кей швырнул бокал о стену.
— Тебя заставили ей не поверить! В той ситуации ты просто не мог поступить по-другому! — не сдавался Гемини. — Думаешь, твой арест и последущая погоня случайностями были? Они готовили почву для твоих сомнений! Достаточными, чтобы в нужный момент ты поверил разведке, а не жене!
— Можно подумать, потом я вёл себя лучше! — он снова сел. — Я похоронил наши отношения ещё до того, как мы окончательно расстались, просто потому, что посчитал это логичным! Сколько минут, часов, недель было потеряно! И всё это время я мог бы провести с ней! А чем занимался я? Бежал от неё, от себя, от чувств! Очень благородный поступок.
— Ты не знал, как себя вести, и выбрал наиболее приемлимый на тот момент вариант.
— С каких это пор недоверие и игнорирование — наиболее приемлимые варианты?
— Тот Кей на тот момент времени не мог выбрать что-то другое. Он не понимал того, что знаешь ты сейчас.
— А ещё был слеп, глух и нем. Не видел того, что она для меня делала, принимал всё как должное. Не показывал своих чувств, не говорил о том, что происходит…
Кей полностью ушёл в себя, предавшись воспоминаниям.
— Представляю, как она меня ненавидит сейчас. Я вполне заслуживаю этого, — он тяжёло вздохнул. — Я бы многое отдал за второй шанс. Но ведь это утопия — быть с ней рядом, — он поднялся и собрался выходить из кухни, когда остановился в дверном проёме. — Знаешь, что я считаю нашим самым счастливым моментом? — и, не дожидаясь ответа, выдал — Пребывание на Светоче и Даркаре. Только мы и никого рядом. Мне кажется, умри мы тогда, мы бы умерли счастливыми, и не было бы всей этой… боли.
Утренние часы в холодных лучах ноябрьского солнца. Смех и голоса на детской площадке. Внимательно наблюдающую за ними фигуру Суриндер вычислил не сразу. Человек опёрся на дерево, а его одежда почти сливалась с голыми стволами и остатками роскошной листвы. Однако раньше, чем он успел обдумать первую реплику, его окликнули:
— Шальке? Ты? — наблюдавший с радостью на лице отделился от деревьев.
— Лиарават!? — подбежал к нему Суриндер. — Что ты тут делаешь?
Радость на лице Кея сменилась грустью и растерянностью.
— Не знаю… Меня ноги сами сюда принесли, — задумчиво произнёс он. — Наверное, ищу то, что потерял, — и сменил тему. — А ты куда?
— На работу, — указал направление Суриндер. — Я женился недавно, но из-за постоянных авралов никак не могу выбраться на медовый месяц.
— Наслышан, — вспомнил Кей Мирари Лерден. — Клика опять оживилась?
— Если бы я только знал… — озадаченно произнёс Шальке.
— Хорошо, что я тебя встретил, — продолжил Кей. — Всё хотел спросить, как Агнессе удалось уйти от такой ищейки, как ты?
— А ты разве не знаешь? — поражённо посмотрел на него Шальке. — Гемини тебе не говорил?
— Не говорил о чём? — Кей весь превратился в слух.
— У Агнессы было двадцать минут форы до приезда отряда Новары. Думаю, они и сыграли рещающую роль в том, что её не нашли, — пояснил собеседник.
— Двадцать минут? — всё ещё не веря, напряжённо переспросил Кей.
— Я думал, ты знаешь.
— Первый раз от тебя слышу.
— В момент твоего ареста кто-то позвонил в дом Лиараватов, рассказал всё и приказал Агнессе бежать. Когда Новара подъехал к месту, её там уже не было.
— И вы так не нашли того, кто это сделал? — скептически уточнил Кей.
— Разговор был всего секунд десять, такое невозможно отследить. Дело было закрыто за недостатком улик и направлено в архив.
— Разве не очевидно, что это Гемини? — само собой разумеющимся тоном произнёс Кей.
Перед глазами у него встали воспоминания почти девятимесячной давности, когда в день приезда на Бинар, он не мог дозвониться до друга ни по одному из телефонов. Или тот намеренно выключил всё, чтобы не отследили сигнал?
— У него непробиваемое алиби, — заверил Шальке. — В момент звонка его видели на пляже одного из Маридских островов, где он отдыхал во время отпуска.
— Но Гемини — единственный, кто стал бы рисковать жизнью и карьерой ради меня! — не поверил Кей. — Больше просто некому!
А ещё странная фраза дворецкого в доме Найокласов «Я передам молодому господину, что Вы звонили» звучала так, словно Гемини уже в Секване и тот прекрасно осведомлён об этом.
— Кей! У меня куча людей в аэропорту, в гостинице, на пляже могут подтвердить, что видели Гемини! — упорствовал Шальке. — Я даже дело тебе притащить могу, если хочешь.
— Буду только рад. И какое-нибудь удостоверение захвати, — поймал его на слове Кей.
— А ты куда? — видя удаляющегося Кея, спросил тот.
— В Варанасский международный аэропорт. Заработался слегка, — услышал он сарказм в его голосе. — Поеду на Мариды. Развеюсь.
