— Ты сказал рядом, но ты ещё стоишь. Только при
этом условии, я буду слушать тебя, — поясняю я и
указываю на подушку рядом.
Ник закатывает глаза, но улыбается, сбрасывая обувь, и прыгая на постель, что я подскакиваю на ней и
смеюсь, падая на спину. Я поворачиваю голову к его
лицу, и он манит меня пальцем. Нет больше барьеров, и я счастлива рухнуть на его грудь и свернуться в
маленький комочек рядом с ним. Он обнимает меня
одной рукой, а другую кладёт себе под голову.
И мы молчим, он смотрит в потолок, а я дышу им.
Закрывая глаза, я впитываю кожей его аромат и
улыбаюсь, целуя его в шею.
Прекрасный мужчина, ради которого можно пойти на
что угодно. Прекрасный извращенец, ради которого
можно открыть новые максимумы своего тела.
Прекрасный человек, на которого нужно ровняться и
уважать. Мой. Всё это моё сейчас. И это
невообразимое тепло, качающее меня на волнах, поглощает меня, утягивая за собой и расслабляя
каждую мышцу тела.
— Мишель, — зовёт меня Ник.
— М-м-м? — мычу я, придвигаясь ближе к нему и
трясь кончиком носа о его щетину на подбородке.
— Мне надо тебе кое-что сказать. Это важно, — произносит он, и я открываю глаза, кивая ему.
— Хорошо, я слушаю, — тихо отвечаю я, а внутри все
замирает в страхе, смахнувшему все то, что я
чувствовала пару секунд назад.
— Я хочу сделать наши отношения открытыми, — быстро произносит он.
— Открытыми? — переспрашиваю я, поднимая на него
лицо, и он поворачивается в мою сторону.
— Да. Открыто, больше не скрываясь. Будем ходить в
кино, рестораны, и мне плевать, если мы кого-то там
встретим. Открыто, если хочешь, может сказать об
этом любому человеку, что мы с тобой вместе. Но не
про то, кто я на самом деле, ты подписала бумагу и я
требую выполнения того, о чём просил тебя.
— Что? — переспрашиваю я, поднимаясь с его плеча
и садясь на постели.
— Да. Пришло время сделать это, и я готов. Об этом
мне надо было подумать вчера. Я увидел, что у тебя
есть люди, старающиеся помогать тебе. Значит, ты не
особо нуждаешься во мне, и можешь уйти. Ведь я
ничего не могу дать тебе. Не единой надежды на
будущее, Мишель, — он отводит взгляд и глубоко
вздыхает.
— Мне она и не нужна, Ник. Я не просила тебя о
будущем, только о настоящем. Тебе не надо
переступать через себя, и ты мне нужен больше
остальных. С тобой только я могу быть самой собой, — я придвигаюсь к нему, заставляя посмотреть на
меня, положив руку на его щеку.
— Любая хочет будущего, крошка, — он накрывает
мою руку своей ладонью и подносит её к губам, оставляя поцелуй. — Но это пока максимум, что я
готов тебе дать. И я не переступаю через себя. Я
неожиданно даже для себя понял, что устал так жить.
Пора всему миру узнать, что ты со мной. И только
пусть кто-то попытается тронуть тебя, ему не жить.
Я не могу поверить в то, что он предлагает, во все
глаза смотря на него, и влюбляясь в миллионный раз в
теплоту его взгляда, наполненного решимостью, в эту
силу, которую он символизирует. В него.
— Ник, — шепчу я, улыбаясь и прикрывая глаза, утыкаясь носом в его шею.
— Мишель, — он обнимает меня так крепко, принося
боль всему телу, но она такая сладкая, я могу только
неуловимо пустить слезу от счастья.
— Я не ожидала и не знаю, что сказать, — шепчу я.
— Согласись, — предлагает он, и я киваю.
— Конечно, согласна. Только даже не представляю, что теперь будет, Ник. Если кто-то увидит нас...вдруг
кто-то...
— Нет, не представляла и не представляй. Ничего не
будет. Если бы Райли пришёл с девушкой куда-то, то
об этом написали бы газеты. А я...я ведь никто для
них, так просто друг главы мощной корпорации, — он
растирает мою спину и ослабевает хватку.
— Но, Ник, это ведь все твоё. Ты не никто, ты самый
умный человек, которого я знала. Я не говорю, что
богат. И даже если они и не знают, то слухи-то ходят.
Мой отец говорил, что многие думают, что это ты
глава корпорации. А потом он неожиданно поменял
своё мнение, обзывая тебя. Откуда это все? Кто-то
слил информацию? — выпаливаю я даже не
ожидаемые от самой себя вопросы и снова привстаю с
него, садясь по-турецки рядом с ним.
— Так думали, потому что мы очень часто появляемся
с Райли вместе на значимых мероприятиях, где мне
необходимо самом увидеть людей, с которыми я буду
работать. И Райли однажды в шутку бросил фразу, что
это я все решаю. Вот это и привело к таким
умозаключениям. И поэтому твой отец так явно
преследовал меня, пытаясь заставить вложиться в их
компанию, — спокойно объясняет он.
— Но, а сейчас...почему сейчас он так настроен против
тебя. Он ненавидит тебя, Ник. Даже больше, чем
ненавидит. Вот как он относится к тебе, — я указываю
на изрезанные руки под бинтами, и он приподнимается
с постели, садясь и облокачиваясь о спинку кровати.
— Роберт. Мне пришлось подослать его к твоему отцу, чтобы он удовлетворил его любопытство и развеял
мечты.
— Роберт? Он знает правду? Как ты можешь доверять
ему? Я видела, как он говорит с моим отцом, но это
уже было после того, как он начал тебя ненавидеть.
Они обсуждали меня...Роберт. Скользкий тип, — передёргивая я плечами.
— Успокойся, Мишель. Роберт обычный мужчина, со
своими тараканами и фантазиями. И нет, он ничего не
