В порту Виго было жарко. Первые признаки весны пробивались в бледно-голубом небе, как явный признак наступающей жаркой погоды, звучали шумы моторов, гудели гигантские машины на пристани, изредка раздавались гудки невидимых буксиров. Ощущение жизни вызывали, как всегда, крикливые чайки, тяжелый запах гудрона и машинного масла, смешанный с запахом моря и стойким ароматом соленой от воды, свежевыловленной рыбы.
Юджин Пирсон сидел на грубой, железной швартовой тумбе, левая нога его покоилась на бухте каната толщиной в человеческую ногу. Он прикурил маленькую манильскую сигару, пачку которых в количестве пяти штук приобрел в заведении Альфонсо, расположенном на скале, нависшей над гаванью.
Трое рыбаков в маленьком деревянном баркасе с низкими бортами в середине и высокими на носу и корме осторожно огибали нос русского каботажного судна «Странствующий», название которого священник перевел Пирсону, как «Странник». Имон Грегсон изучал русский язык для удобства общения с КГБ в ходе своих переговоров по поводу оружия и обучения боевиков ИРА. Судья подумал, что название «Странник» сейчас вполне подошло бы к нему самому из-за разъездов по делам организации.
И, может быть, когда Ирландия вновь станет единым государством, будущие поколения прославят в своих песнях роль Юджина Пирсона в борьбе за единую Ирландию и назовут его «Странник». Это будут прекрасные, одухотворенные песни, исполняемые патриотами в сопровождении скрипок и волынок, может быть, лишь слегка приукрашенные.
— Ты поможешь мне с этой вывеской или намерен сидеть там и созерцать свой пупок?.. — крикнул священник, выходя из склада, который они только что арендовали, и держа в руках две сбитых вместе гвоздями длинных доски с надписью «R.S.T.E.» и «Директор П. Дальтон» — рабочий псевдоним Джерри Девлина.
Пирсон вздохнул и посмотрел на скользящий по водам гавани баркас с тремя рыбаками, вспомнив при этом тот день на берегу озера Карраг, когда он поднял вопрос о нравственной стороне этой операции и не нашел поддержки у остальных членов Военного совета.
— Да, конечно, я в твоем распоряжении.
Он резко поднялся, прищурился, глядя на жаркое, яркое солнце, последний раз затянулся сигарой, выкуренной всего до половины, и швырнул окурок в воду. Боже мой, если бы его сейчас могли видеть хотя бы половина тех парней, которых он засадил в тюрьму… Пирсон улыбнулся про себя и повернулся к Грегсону, сейчас на его лице было только одобрение по поводу аккуратных букв, написанных желтой и белой краской на темно-синем фоне. И вдруг судья поймал себя на том, что думает о своем любимом ребенке Сиобан, он почти представил себе, как она со своим любимым дружком сидит рядом с этим южноамериканским композитором в каком-нибудь горном поместье в Андах. И улыбка моментально слетела с его лица. Негодяй. Да какое право имел какой-то латиноамерикашка увозить его дочь…
— Держи за край, — буркнул священник, — и осторожно несем к ступенькам.
В этот момент из тени, которую отбрасывал высокий автомобильный подъемный кран, выступил человек в пиджаке из верблюжьей шерсти. Это Бобби Сонсон, правда Пирсон не знал его имени, а знал только, что он один из телохранителей Рестрепо. Судья инстинктивно бросил взгляд направо, а там, как и следовало ожидать, стоял седан «БМВ-750» стального цвета, к открытой передней дверце которого прислонился второй телохранитель, тот самый, что был в синем блейзере, тогда, миллион лет назад, в отеле «Георг V», известный под именем Мурильо.
Луис Рестрепо (которого половина швейцарской разведки все еще продолжала искать на улицах Женевы) выбрался с заднего сиденья и поднял руку, напомнив Пирсону детектива со стеклянными глазами и в грязном плаще из телесериала. У детектива была любимая уловка: перед тем, как пригвоздить противника, он делал вид, что уходит, но потом оборачивался и говорил: «И еще одна деталь, сэр».
— Очень рад снова видеть вас, — крикнул Рестрепо Пирсону, и у судьи все внутри опустилось. Какую новую подлость заготовил этот адвокат колумбийских гангстеров, чтобы продолжать мучить истинного патриота?
— Взаимно, — ответил Пирсон, продолжая думать о том, какой кошмар приготовил для него Рестрепо на этот раз.
