Нэнси испуганно посмотрела на мужа, от страха у нее даже похолодели ладони, но к своему удивлению, она ликовала в душе. Лукко часто рассказывал ей о своем первом напарнике, ворчливом ветеране сорока лет, который погиб, пытаясь спасти самоубийцу, прыгнувшую с моста (она осталась жива, зацепившись при падении за какие-то ветки). Напарник объяснял Лукко разницу между пустяковой, серьезной и непосредственной опасностью. Непосредственная опасность — это смертельная опасность, к которой по его словам… привыкаешь. И тот, кто не жил на грани жизни и смерти, никогда не поймет, что значит привыкнуть к смертельной опасности.
Теперь Нэнси понимала, что́ он имел в виду: внезапно серьезная угроза со стороны картеля превратилась в смертельную опасность.
— Скажи мне еще раз, сколько?.. — тихонько попросила она.
Лукко наклонился ближе и прошептал:
— Четыре миллиона.
— Боже мой! — снова воскликнула Нэнси, но на этот раз тихо. — Но, надеюсь, пока мы в безопасности, а когда истекает срок?
— В полночь.
К столику подошел Фредди с цыплятами.
— Ты что так долго, приятель? — спросил Лукко в типичной нью-йоркской манере, и, пока маленький китаец расставлял тарелки и бормотал что-то насчет кухни, он не отрывал взгляда от жены.
— Жизнь на грани, да? — задал он вопрос, продолжая смотреть в глаза Нэнси.
— Надо держать листки с заказами отдельно, — заявил Фредди, — тогда и путаницы не будет.
— Вот именно, — согласился Лукко, ослабляя галстук. А Нэнси покачала головой и улыбнулась.
Два письма и три открытки от Сиобан несколько успокоили Юджина и Мараид Пирсон, ужасно тревожившихся за безопасность дочери, правда, Мараид так до сих пор и не знала о том, где в действительности находится Сиобан, а Юджин был теперь точно уверен, что дочь в руках картеля.
Рестрепо сказал ему, что о Сиобан хорошо заботятся, она занимается музыкой под руководством маэстро из Венесуэлы, но не имеет ни малейшего представления о своей роли пленницы. Конечно, ее сразу отпустят, как только Пирсон прилетит в Боготу, убедившись в готовности всей сети к приему кокаина в Виго и обеспечению безопасности его распространения группой «Лорка» среди оптовых торговцев. Тогда в Боготе он и сообщит Рестрепо код доступа к информации, записанной на двух дискетах, уже врученных колумбийскому адвокату. А потом он вернется в Ирландию вместе со своей любимой дочерью и будет сидеть спокойно, наблюдая, как фонды организации ежемесячно увеличиваются на два миллиона долларов.
Подобная ситуация загнала судью в угол. Безусловно, полученных от картеля средств с избытком хватит для организации террора, взрывов в пивных, танцевальных залах, аэропортах, на людных автобусных остановках и в магазинах, как на территории Великобритании, так и по всей Европе, где расквартированы британские солдаты и их семьи. Денег хватит и на покупку современных ракет класса «земля-воздух» для осуществления плана, против которого Пирсон всегда выступал на тайных заседаниях Военного совета, заключавшегося в том, чтобы сбить ракетой пассажирский авиалайнер на подлете к лондонскому аэропорту Хитроу.
«Пресвятая Дева, нет сомнения, два-три подобных террористических акта быстро заставят британское правительство сесть за стол переговоров», — размышлял Пирсон, выйдя из здания суда и направляясь через Феникс-парк в начальную школу чудотворной Маделины.
Но, с другой стороны, его яростная ненависть к наркотикам и желание тайно разрушить связи ИРА с колумбийцами еще до начала осуществления плана картеля, следовали сразу за желанием в безопасности доставить Сиобан домой из Южной Америки. Так что катастрофа авиалайнера компании «Локерби» может подождать, пока деньги не будут добыты более порядочным способом, например, банковскими махинациями или обширным рэкетом в шести графствах, Килбурне и Лондоне, приносившим несколько десятков тысяч фунтов стерлингов в год, или угрозами крупным торговым фирмам заразить их продукты (идея лично Пирсона). Но кокакин? Юджин Пирсон презирал Кейси за его заявление, что поддерживающие «временных» люди ничего не будут знать или их совершенно не будет волновать тот факт, что у них под носом организация торгует наркотиками.
Но время шло. Компания по спасению и перевозке грузов потихоньку работала, европейские преступные синдикаты — они должны распределять кокаин среди более мелких торговцев, а те в свою очередь дальше, среди уличных торговцев, ведь уличная торговля явно самая доходная — были предупреждены и готовы действовать. Оставалась самая малость — отправить представителя в Боготу и передать картелю компьютерные коды, и тогда колумбийцы будут знать детали, сроки, места поставки примерно двух сотен тонн кокаина в течение шести месяцев.
