…А теперь новости из-за рубежа. Взрыв большой силы произошел в Лондоне на вокзале Кингз-Кросс полтора часа назад. В результате взрыва погибло около сорока человек, многие получили ранения и увечья. Среди установленных убитых трое американских болельщиков из Канзасского университета, несколько школьников вместе с учительницей, католический священник. Эта трагедия…»
Пирсон выключил радио. Он давно уже приучил себя не реагировать на подобные сообщения. Вооруженная борьба неизбежно влекла за собой невинные жертвы. Собственно, как и любая другая война. Однако, учитывая, что деньги, поступающие от людей и организаций, сочувствующих движению, таяли с каждым месяцем, можно обойтись и без этой непродуманной операции. На самом деле в свое время судья был сторонником и советником по проведению тщательно спланированных, жестоких и кровавых операций. Расчет заключался в том, что сообщения о них запестрят в заголовках газет и заполонят экраны телевизоров. Один из тайных принципов членов Военного совета заключался в том, что не бывает невиновных гражданских лиц. Эта фраза была почерпнута на семинаре по вопросу использования терроризма в политических целях, состоявшемся в 1981 году в Дамаске, где, кроме представителей «временных», присутствовали также Ясир Арафат и Джордж Хаббаш. На семинаре пришли к согласию, что и друзья и враги — все могут использоваться для достижения целей террора и поддержания общественного мнения.
«Не существует невиновных гражданских лиц». Юджин Пирсон повторил про себя эту фразу, как заклинание, двигаясь на большой скорости в направлении аэропорта Пизы. Конечно, он ехал так, чтобы не привлечь внимания полиции за превышение скорости, но все же довольно быстро, потому что его наверняка ждали в Дублине. Он должен помочь движению свести к минимуму ущерб, вызванный этой злой шуткой судьбы, в результате которой три американских болельщика — наверняка симпатичные, с улыбками, обнажающими белоснежные зубы, — погибли от бомбы Джэрарда Прайса и Розин Макевой, которых он вчера засек на вокзале. Цели никогда не выбираются случайно, и предпочтение всегда отдается местам большого скопления людей.
Смерть Венецианской Шлюхи ужаснула Пирсона, потому что раньше он никогда не сталкивался с подобным жестоким убийством, в результате которого кровь и мозги убитого забрызгали его одежду и лицо. А сорок неизвестных людей на вокзале Кингз-Кросс, в самом сердце благополучной столицы врага? А разве не то же самое делают американцы в Багдаде? Война есть война. И, усмехнувшись, политический советник Военного совета «временной» ИРА, все еще чувствуя боль в бедре от того, что вчера вечером его швырнули на пол, начал обдумывать текст заявления. Еще надо позвонить своим людям в Америку, у них есть связи в средствах массовой информации, пусть они постараются смягчить гнев американцев. Мысль о том, что все это просто омерзительно, даже не посетила судью.
Когда Юджин Пирсон регистрировался в аэропорту Пизы под именем Джеймса Ханлона на рейс «Алиталиа» до Парижа (первый этап возвращения в Дублин), Пабло Энвигадо уже спал глубоким сном на борту «Боинга-747» компании «Транскарго корпорейган», который летел на высоте двадцать восемь тысяч футов над Атлантикой и находился на расстоянии восьмисот четырех миль к северо-востоку от островов Зеленого Мыса, держа курс на северную Венесуэлу. «Транскарго» была законно действующей авиакомпанией, но картель завербовал ряд ее пилотов. Трое пилотов отклонили всякие предложения, в результате чего сначала были убиты их родные и близкие, а потом и они сами. Остальные согласились на предложение получать сто тысяч долларов за каждый контрабандный рейс в Европу и Западную Африку, но скорее из-за страха за свою жизнь, чем из-за желания быстро разбогатеть. Но и, конечно, они разбогатели. Экипаж, который в данный момент отвозил Рестрепо и Энвигадо назад в Южную Америку, состоял из самых богатых и наиболее надежных помощников картеля из компании «Транскарго».
