- Что, все так плохо?
Слезы прорванной плотиной хлынули из ее глаз. Диана припала к моей груди, обвив шею руками. Она забралась мне на колени, как в детстве дети ищут защиты у родителей. Рыданья сотрясали ее хрупкое тело, я боялся нарушить ее доверие. Нежно погладив ее по голове, я дал девушке свой платок. Всхлипывания стихли, через несколько минут она смогла поднять глаза:
- Мне даже не с кем поговорить! Некому пожаловаться, я не видела отца больше двух лет. Учителя твердят свои уроки, у младших только игры на уме. Статс-дама давно забыла, когда была молодой, а тут эти серые лица и пустые глаза. Мне было так страшно! Заберите меня отсюда, прошу вас!
- Я знаю, каково это, остаться без родителей. Моя старшая сестра вырастила меня, заменив мне мать. Я могу стать твоим старшим братом, если захочешь. А когда подрастешь, мы вернемся к твоему предложению. Не торопись с этим решением. Два года дадут созреть твоему телу и проверят чувства.
- Но они будут искать для меня женихов, заставлять делать выбор! А я уже все выбрала для себя.
- А хочешь, я скажу, что ты моя невеста, тогда тебе больше никто не будет предлагать выбирать. Если за два года тебе кто-то понравится, сама примешь свою судьбу.
- Хочу, хочу! Вы мой настоящий друг, никто не смог бы сделать большего подарка для меня.
- Только мы пока никому не скажем об этом. Ты доверяешь мне?
- Да, полностью.
- Тогда у нас будет трудный разговор. Тебе не говорили, но твой отец больше не может управлять страной. Серое проклятье пощадило его тело, но погубило разум. Его держат под наблюдением лекарей, он разучился говорить, никого не узнает, глаза его пусты. Совет принял решение, тебе придется принять власть. После Инициации тебя коронуют.
Слезы опять потекли на мою грудь. Тяжело быть старшим братом, утешать безудержное горе одинокой души.
- Диана, я сам проведу обряд Инициации. А потом мы выберем тебе подруг, можешь сделать их своими фрейлинами. Здесь действительно надо многое поменять, дворец зарос паутиной и скукой. Я разрешу тебе делать в нем все, что захочешь, слово старшего брата. Но учиться все равно придется, так и знай.
- Ну вот, опять учиться! Когда только кончится эта учеба?
- Сестренка, я учусь до сих пор.
- Обнимите меня, брат мой! Мне так хорошо с вами.
Бережно обняв девушку, я поцеловал ее в лоб.
- Все, Диана, мне пора идти. Завтра ты расскажешь мне, что узнала за день.
- Хорошо, до завтра, мой брат!
И что мне теперь со всем этим делать? Хорошо, что удалось перевести отношения к братским чувствам, но ведь она скоро поймет, что хочет совершенно другого. Ладно, не будем торопить события, впереди у меня трудный день.
Глава 16.
Я плохо спал этой ночью, снова пришлось сражаться в вязкой темноте. Пот заливал глаза, сердце выпрыгивало из груди к моменту пробуждения. Пришлось долго восстанавливать дыхание и ясность мыслей. Охрана дважды заглядывала в спальню, обеспокоенная тем, что я кричал во сне. Судя по всему, сегодняшняя процедура не будет легкой.
Разминка и легкий завтрак позволили собраться с силами, я заранее отправился в дом Хранителя. Мне нужно было просто посидеть на ступенях, бездумно гладя ласковое пламя. Наконец, я дал команду охране. Из железной клетки, установленной на повозке, вывели отощавшего человека. Но только тело напоминало о том, что перед нами был бывший адмирал. Разум давно не светился в глазах, движения и звуки являли пустую бездушную оболочку. Волосы с головы давно выпали, серая сморщенная кожа напоминала камень. Развязывать руки не стали, два гвардейца втащили за веревки в зал вялое тело. Я приказал им отпустить пленника и выйти. Закрыв глаза, стал истинным взором окидывать поникшую фигуру. Вокруг нее серыми потеками плавно текла песчаная река.Нет, это явно не песок, он не может принимать такие формы. Хорошо, что я не стал прикасаться к адмиралу руками. Вызвав сферу огня, я окружил ею серую фигуру. Не знаю, что это, но оно не должно вырваться наружу. Вторая сфера охватила меня защитным коконом, от него вспыхнули веревки, брошенные конвоирами на пол. Огненные дорожки добежали до струй песка и погасли в них. Нет, так с ним не справиться. Перехватив рукоять меча двумя руками, я, как копьем, ударил в серую грудь. Из острия вырвалась фиолетовая молния, разметав в стороны текущий песок. Время замедлилось, я чувствовал редкие удары своего сердца, пока лезвие входило в окаменевшую плоть. Отдельные серые частицы сгорали, соприкоснувшись с пылающей сталью, фигура адмирала судорожно дернулась и рассыпалась облаком пыли. Огненная сфера не дала пыли вырваться наружу, яростное пламя заполнило ее ослепительной вспышкой.
