— Ты продалась, — процедил я сквозь зубы.
— Зато ты остаешься в выигрыше. Разве нет? Я специально продалась, чтобы тебе потом рассказать, кто меня нанял.
— Очень смешно. Я почти поверил. Ты бы мне ни черта не рассказала бы, не узнай я сам, что ты врешь!
— Рассказала бы, но еще время не пришло, — пожала она плечами. — А теперь убери пистолет, дай мне гарантию, что со мной ничего не случится, и я скажу тебе имя заказчика.
Я опустил пистолет и схватил ее за руку мертвой хваткой, потащил за собой к выходу.
— Засунь себе имя в задницу. От тебя мне ничего не нужно. Я сам узнаю, кто это.
— Куда ты меня тащишь?! — визжала Марго, пытаясь ногтями расцарапать мне руку. Я выволок ее в коридор, позвал охрану и вручил им взбеленившуюся истеричку.
— Заприте ее в подвале. Позже решу, что с ней делать.
Она орала, проклинала меня, покрывала матами мою жену все время, пока ее насильно волокли по лестнице. Я пошел в кабинет, чтобы это все не слышать, вернул пистолет в сейф, налил себе виски со льдом. Но так и не сделал глотка, смотря в окно на озеро. Все встало поперек горла.
Элизабет где-то напугана до смерти. Зачем ее похитили? Чтобы меня шантажировать? Но они пока не пишут, не звонят. Маринуют меня в ожидании? Хотят довести до отчаяния?
Внутри бурлила бешеная сила бегать, искать, перевернуть весь город с ног на голову. Имя сукиного сына мне сейчас ничего не скажет, ничем не поможет найти место, куда увезли Элизабет.
Марго хотела ужалить меня побольнее? Поняла, что ей не светит ровным счетом ничего. Я редко беру в руки пистолет, грязными делами занимается служба безопасности. И она осознала, что ей конец.
У меня даже слов нет, как ее обозвать после всего. Я в полном шоке... и недоумении. Будто не заметил, налетел на стеклянную дверь в супермаркете и расшиб нос.
— Демид Эдгарович? — Борис вошел в кабинет. — Мы пробили по каналам. Брат Элизабет находится в Нидерландах. Мы его быстро найдем.
— Не нужно его ко мне вести. Пусть сукин сын ни о чем не подозревает. Тем более за ним наверняка следят и, если увидят, что мы его забрали, могут перевезти Элизабет в другое место. Сделаем иначе. Отвлечете брата, украдете его смартфон и по GPS узнаете места, где он бывал последнюю неделю. Смартфон вернете. Раз он в Нидерландах, то, возможно, ездил на базу, куда повезли Элизабет.
— Будет сделано.
Я протолкнул в себя глоток виски. Алкоголь оцарапал горло словно иглами. Я стал мерить шагами кабинет, дошел до стены и скинул подаренную фотографию Марго на пол. Следом швырнул почти полный стакан с виски. Стекло оглушительно звенело, разлетаясь в стороны.
Невыносимо ждать! Когда она непонятно где, неясно в чьих руках и что с ней собираются делать. Я себе не прощу, если с ней что-то случится.
Меня заперли в маленькой комнатушке без окон. Сыро, холодно, я отчаянно куталась в чужую куртку, сидя на брошенном на полу матраце. Слезы запеклись солеными дорожками на щеках. Меня колотило. то ли от холода, то ли от страха.
Они, мужчины с каменными лицами, ничего не говорили, не отвечали на мои вопросы. Почему меня бросили здесь?
Я думала, рядом с Демидом мне ничего не должно быть страшно. Что его охрана защитит от всего. Что мой бывший никогда не сможет добраться до меня. А теперь на щеке до сих пор ныла кожа от его пощечины.
Но враги Демида еще хуже. Как я могла думать, что если он меня полюбит, нас ждет прекрасное счастливое будущее?
Это слишком для меня. Никакие деньги и любовь лучшего в мире мужчины не окупит то, что происходит сейчас.
Правда, мне очень хотелось бы хоть немного почувствовать, как это, быть любимой им... Но видимо, не в этой жизни.
По коридору разнеслись тяжелые шаги. Я подобралась. Сердце больно колотилось о ребра
— они уже покрылись трещинами от его бешеной скачки. Засов отодвинулся, и на пороге появился грузный мужчина.
— Пойдем.
Я поднялась на слабые ноги и вышла в коридор. Куда меня снова ведут? По стальной лестнице наверх. Мы находились на каком-то безликом складе. Я теряла надежду, что Демид меня найдет.
Захочет ли он вообще искать? Ему ли не плевать на меня? Не стоит тешить себя глупыми надеждами. Моя жизнь только в моих руках.
Меня завели в кабинет, предложили сесть на стул у стола, за которым в директорском кресле восседал широкоплечий мужчина. От его пытливого взгляда становилось неуютно. Что-то в его ауре было такое мерзкое, что хотелось бежать куда глаза глядят и ни в коем случае не оборачиваться.
— Неужели ты надеялась, что если расскажешь Демиду, то мы ни о чем не догадаемся? — голос хриплый, с режущими нотками, словно ногтем по стеклу.
Подкошенная, я упала на стул. Они как-то узнали про сообщения? Но как? Плохое предчувствие заныло в груди и бросило адреналин в кровь. Одними разговорами это все не закончится. Мужчина напротив не прятал лицо. Потому что знал, я отсюда не уйду и никому ничего не расскажу.
