Артема перекосило от нашего разговора, и он со злостью заявил, что не верит в нашу любовь. По его мнению, я решилась на брак с Шестопаловым от отчаяния, а тот нагло воспользовался моим неуравновешенным состоянием. Артем был прав, но мне не хотелось признавать его правоту.
– Возможно, поначалу и было так, как ты говоришь, – равнодушно произнесла я, – но за два месяца многое изменилось. Впрочем, тебя это никаким боком не касается.
Я сразу вызвала такси, и мы вышли из кафе, раздраженные и неудовлетворенные нашим общением, наверное, поэтому я позволила Артему проводить меня до дому. По дороге мы не сказали друг другу ни слова. Он сам расплатился с водителем, и мы оказались возле подъезда. В руках он держал упакованную картину.
– Роскошный дом, – произнес он, глядя на нарядный фасад. – И район престижный.
Это было так. Дом постройки начала двадцатого века располагался на Петроградской стороне и впрямь выглядел роскошно, да и его соседи были ему под стать. Расположившийся рядом с домом небольшой, но симпатичный сквер со скамеечками, где когда-то прогуливался известный писатель, добавлял привлекательности. Сейчас я увидела эту картину глазами Артема. До сих пор она не вызывала у меня ни восторга, ни умиления. Мне казалось, что здесь слишком мало зелени и воздуха. Несмотря на то, что родилась в Питере, мне гораздо ближе был Заозерск с его невысокими и не слишком замысловатыми строениями и огромными парками. Сейчас всё для меня стало выглядеть как-то иначе.
– Да, район очень хороший, – подтвердила я.
– Боже, о чем мы говорим! – воскликнул Артем. – Ведь наша жизнь решается! – Он развернул меня к себе и почти прокричал: – Маша, я люблютебя! Давай сейчас же вернемся в Заозерск и начнем всё сначала. Развод потом оформишь.
Его лицо было таким знакомым и родным, и в то же время чужим. Два месяца назад его признание сделало бы меня самым счастливым человеком на свете, а теперь я не понимала, что чувствую. Он попытался меня обнять, но я отшатнулась и прохрипела:
– Как у тебя всё просто! Захотел – бросил, захотел – вернул. Так не получится.
Он говорил, что мы оба совершили ошибки, но не стоит их усугублять, нужно срочно вернуться на исходные позиции. Я знала, что на прежние позиции вернуться не удастся, внутри меня что-то изменилось, может даже умерло. Конечно, какие-то угольки еще тлеют, и он мне не безразличен, но я больше никогда не смогу безоговорочно доверять ему. Он же продолжал посыпать голову пеплом и клялся, что больше ни разу не посмотрит в сторону другой женщины. Эти клятвы лишь усугубили мое недоверие. Меня раздирали противоречивые чувства. Вернуться к нему я была не готова, но так же была не готова и навсегда его потерять.
– Вернемся к этому разговору позднее, – еле слышно предложила я.
Он сразу же воодушевился:
– Когда?
– Через год. – Такой ответ ему не только не понравился, но и возмутил.
В это время к подъезду подошел пожилой мужчина с маленькой собачкой, сосед со второго этажа. Я с ним поздоровалась, он вежливо ответил и окинул Артема внимательным взглядом. Я поняла, что нашу беседу пора заканчивать, а то по подъезду поползут слухи, что молодая жена Олега Шестопалова водит шашни с каким-то красавчиком. Я сделала шаг в сторону подъезда.
– Я не могу так долго ждать, – простонал Артем.
– Тебя никто не заставляет.
– Но хотя бы звонить можно? Мне о многом надо с тобой поговорить.
– Звони. Но встреч больше не будет.
Артем попытался всучить мне картину, но я ее не взяла. В квартире Олега она действительно не к месту.
– Хорошо, – неожиданно согласился он. – Я увезу твою картину в Заозерск и повешу в прихожей, как ты того хотела. Она будет ждать тебя там, как и я.
– Появились новости от Кости, – сказал Олег, входя в кухню, где я пила свой утренний чай.
Казалось, это известие должно было меня обрадовать или хотя бы взбудоражить, но я лишь молча уставилась на него, ожидая подробностей.
– Тебя берут внештатным корреспондентом в журнал «Театральная жизнь». Если хорошо себя зарекомендуешь, включат в штат. Подойди к ним сегодня, тебе дадут конкретное задание.
– Берут вот так, без собеседования и рекомендаций? – усомнилась я.
– Почему же без рекомендаций? Костина рекомендация дорогого стоит.
Предложение было очень заманчивым, но я была к нему совершенно не готова.
– Спасибо, конечно, – хмуро сказала я, – но это предложение мне не подходит.
– Интересно, почему? – с раздражением спросил Олег.
Объяснение у меня имелось. Одно дело вести авторскую информационную колонку «Новости культуры с Марией Васильковой» в провинциальной газете, и совсем другое – писать статьи для профессионального журнала. В своей колонке я просто информировала читателей о культурных событиях и делилась личными впечатлениями. Здесь же придется делать профессиональный анализ, для чего у меня не хватитобразования. Конечно, я почитывала специальную литературу, но мои знания были фрагментарными и поверхностными.
