Он не договорил. Я же застыла на миг, когда пламя на моей руке вдруг потеряло контроль и взметнулось вверх. Все произошло слишком быстро. Так быстро, что я едва успела прошептать: «Мама» — когда знак рода Бэриллов вспыхнул пламенем от моей магии, не иначе.
— Эйви! — Эдвард схватил меня за плечи, потянул прочь от часов, а я испуганно затрясла рукой, пытаясь сбить или остановить, магическое пламя, вышедшее из-под контроля.
Да какой там.
Огонь на руке погас, а вот часы нет. Более того, они вспыхнули, словно спичка. Пламя поползло, распространяясь изнутри. Стрелки на часах застыли, в механизме что-то затрещало, а затем занялся и весь корпус.
У Неда хватило сил поднять меня и оттащить как можно дальше от огня, хотя он и не причинил мне вреда. Как генерал проделал все, одновременно волоча меня и управляя креслом, ума не приложу, но трезво мыслить смогла только минуту спустя, когда оказалась на безопасном расстоянии от наследия рода.
Только вот, удивительное дело, Эдвард почему-то не закричал, не позвал слуг. Он помог мне подняться на ноги и кивнул на часы.
— Эйвери, смотрите, — и взял меня за руку.
И действительно, часы не горели. Точнее, горела только одна их часть. Широкий циферблат и механизм под ним.
Оплавившись, стрелки упали вниз, но ни я, ни Нед, не обратили на это внимания, потому что за циферблатом открылся тайник. А огонь так же медленно принялся угасать, пока не исчез полностью, будто его и не бывало.
— О! — только и смогла произнести.
Высвободив руку, шагнула было вперед, но Нед опередил меня.
— Давайте, лучше я, — предложил и подъехал к часам.
О пламени теперь напоминали лишь оплавленные стрелки на полу, да искривившийся от высокой температуры механизм внутри.
Генерал протянул руку, приподнялся, упершись левой в подлокотник кресла, и, оказавшись на нужном уровне, запустил руку в тайник, после чего упал в кресло, держа крепко какой-то сверток.
— Нед! — я подошла ближе, взглянула на нечто, обернутое несгораемой тканью. — Что это? — спросила.
Муж ответить не успел. Дверь в зал открылась и на пороге возникла одна из горничных. Она не сразу заметила беспорядок возле часов. Присела в книксене, приветствуя нас с Бэриллом, и только потом, подняв глаза, испуганно ахнула, воззрившись на оплавленное нутро механизма.
— У нас тут несчастный случай, — улыбнулся девушке генерал. — Леди Бэрилл немного не рассчитала силы и вот…
Я мысленно усмехнулась.
Надо же, еще и виновата осталась, хотя если подумать, то это действительно моя вина.
— Приберите, пожалуйста, — велела спокойно, краем глаз отметив, как Нед торопливо спрятал нашу находку за полу своего камзола.
— Конечно же, миледи, — произнесла девушка, а я обратилась к генералу: — Вы хотели поговорить со мной. Право слово, здесь пахнет гарью. Полагаю, в гостиной нам будет удобнее. — А у самой внутри что-то щекотало и провоцировало смех. Могу представить, что теперь обо мне станут говорить слуги. Да, при нас они не посмеют, но слуги есть слуги. И им свойственно обсуждать хозяев, а порой и немного сплетничать. Впрочем, когда это меня волновало чужое мнение? Но нет. Теперь, кажется, немного да волнует. И все же, не терпелось посмотреть, что мы там нашли с Эдвардом.
— Пойдемте, Эйвери, — произнес Бэрилл, а у самого голос надтреснул, будто и он едва сдерживает смех.
Оставив служанку в зале, мы поспешили в гостиную. Эдвард пропустил меня вперед, закрыв дверь и последовав за мной вплоть до диванчика. Он улыбался, а я, не выдержав, все же расхохоталась.
— Видят боги, Нед, я не хотел портить семейную реликвию, — сквозь смех произнесла, глядя на Бэрилла. — И что скажет леди Джоанна?
— Бог с ней. Она никогда не любила эти часы. Скажем, что вы решили сделать ей приятное, — он улыбнулся и положил на столик таинственный сверток, к которому я сразу потянулась. Только право его открыть взял на себя генерал.
— Погодите, Эйви. Я не чувствую темной магии на этом предмете, но лучше давайте поостережемся.
— Как скажете, Нед. — Я перестала смеяться. Вытянув шею, замерла, когда пальцы мужчины осторожно высвободили на свет то, что было скрыто от наших глаз.
— Боги, Нед! — воскликнула, не удержавшись от эмоций.
— Поверить не могу, — произнес генерал.
Вскинув взгляд, встретила ответный, темно-карий, Бэрилловский.
— Габи была права, — прошептала я. — Это же часть картины из подземелья! Одна из двух недостающих!
Он кивнул.
— Как же обрадуется Габи, когда узнает о том, что мы нашли! — взяв фрагмент в руки, поднесла к глазам, чтобы рассмотреть ближе.
— А я ведь перестал верить в эту легенду, считая ее просто сказкой, — признался Нед.
— Давайте же сегодня, когда вернется Габи, отправимся вместе вниз и поставим часть картины на ее законное место, — оживилась я. — И посмотрим, вдруг что-то произойдет!
— Я не против, — он протянул руку и забрал находку. Замотав ее в ткань, снова вернул мне со словами: — Пусть побудет у вас и вам же предлагаю обрадовать Габриэль.
Кивнув, положила сверток на колени и посмотрела на Эдварда уже без веселья во взгляде.
