Королевские поездки по стране имели ярко выраженную показную направленность. Они давали подданным возможность, без посредников, наглядно увидеть олицетворение власти, которой они подчинялись. Двигаясь по дорогам страны королевская кавалькада представляла собой настоящую демонстрацию власти, которая была внушительной еще и тем, что государь брал с собой в поездку жену и детей. Иногда королю и королеве приходилось ехать отдельно, поскольку не было достаточно широкой дороги, чтобы вместить всю кавалькаду. За государем следовали приближенные и камергеры, а основную часть кавалькады составляли слуги. Некоторые из слуг ехали на ломовых лошадях (
Проезд короля и его двора был настоящим зрелищем для местного населения, которое, несомненно, восхищалось пышностью процессии, но это становилось и тяжелым бременем, так как во время своих поездок король имел право требовать для себя и своих спутников жилища и провизию, то есть все, что ему было нужно, с регионов, через которые он проезжал — если только эти места не были освобождены от этой повинности специальной королевской привилегией. Таким образом, города и села, через которые король проезжал, оказывались в убытке по сравнению с местами, где он останавливался и где прибытие монарха и его двора было, напротив, прибыльным делом. В принимавшем короля городе и его окрестностях было множество трактиров, владельцы которых неизменно оказывались в барыше. Странствующий королевский двор также представлял собой крупный рынок для сбыта сельскохозяйственной продукции и ремесленных изделий.
Маршрут поездки определялся рельефом местности: хотя существовали официальные дороги, помеченные вехами, за пределами городов они оставались в своем естественном состоянии и редко ремонтировались местными общинами, которые несли за них ответственность. В большинстве случаев относительно ровная и сухая земля позволяла ехать куда угодно, лишь бы не повредить посевы. Дневные переходы обычно составляли около тридцати километров, но могли достигать и пятидесяти.