Философия имени полностью

С. 137.^* «Вспомним… соотнесенностью с инобытием».

См. одну из дефиниций энергии у А.Ф. Лосева:

Критику неоплатонической концепции энергии см. в работах С.С. Хоружего.

С. 139.^* «Число же как логос… число как функция».

Различение в «Философии имени» двух типов чисел – числа как эйдоса (эйдетическое число) и числа как логоса (число как функция) – как моментов имени, соответствует в известном смысле делению на т.н. «идеальные» и «математические» числа в платонизме. Согласно пифагорейско-(нео)платонической традиции, в изложении А.Ф. Лосева, числа понимаются не как «абстрактные элементы счета», т.е. не чисто арифметически, но как «самостоятельные и объективные субстанции, которые ввиду своей бескачественности являются чем-то гораздо более первичным, чем само бытие и чем идеи», вследствие чего они именуются у неоплатоников «сверх-сущными (υπερουσιοι) единицами» (Лосев А.Ф. История античной эстетики. Т. 6. Μ., 1980. С. 176). Об «идеальном» и «математическом» числах у Платона см.: Очерки античного символизма и мифологии. С. 605 – 620.

С. 139.^** «Топологическая морфе… акциденцию».

О категориях «качество» и «количество» в диалектике А.Ф. Лосева см. в его исследовании «Диалектические основы математики»: Хаос и структура. С. 104; Имя. Число. Космос. С. 177.

С. 139 – 140.^* «Это – момент вещности, или вещной категориальности в логосе, то, что называется „субстанцией“, субъектом».

По дефиниции А.Ф. Лосева, субстанция есть понятие с широким спектром значений и относится вообще ко всему, что «реально существует» (История античной эстетики. Т. 8 (1). С. 201). В диалектике Лосева категория субстанции предстает как синтез антиномии идеи и материи или, в более общем виде, идеального и реального. Субстанция, согласно А.Ф. Лосеву, «вне-интеллигентна» и есть «в-себе-бытие», чем отличается как от тела, которое есть «для-себя-бытие» (Личность и Абсолют. С. 412), так и от личности, включающей субстанцию как один из своих моментов (История античной эстетики. Т. 8 (1). С. 201). О дефиниции категории субстанции в ее соотношении с категориями тела в смысловом пространстве диалектики см.: Личность и Абсолют. С. 412. О субстанциональной диалектике А.Ф. Лосева в ее соотношении с числовой и личностной диалектикой христианского учения о троичности см.: История античной эстетики. Т. 8 (1). С. 201.

С. 140.^** «Это – момент собственного имени в слове, отличающегося от отвлеченного термина… указанием на интелигенцию».

Как замечает Е.Н. Гурко, А.Ф. Лосев мало говорит об именах собственных,

Позицию А.Ф. Лосева по вопросу о соотношении имени как такового и имени собственного можно свести к двум тезисам: 1) Имя в настоящем смысле есть всегда собственное, а не нарицательное имя (Бытие. Имя. Космос. С. 820); 2) Именование относится к числу универсальных жизненных явлений и существенным (ибо «собственным», говорит Лосев) проявлением личности (Личность и Абсолют. С. 468 – 469). И это утверждение, по мысли Лосева-имяславца, справедливо не только по отношению к человеку, но даже по отношению к Самому Богу:

С. 140.^*** «А это значит… и есть… фигурность смысла на фоне абсолютной тьмы».