Абсолютный Преступник - это волк, знающий подлинный смысл того, что называют свободой. Часто слышу: «Я не изменял себе». Возникает желание спросить: «Ты понял, кто ты есть?» Потому как чтобы не изменять себе, нужно уяснить, кто ты есть, а уяснить это непросто, ибо с течением жизни мы меняемся. Главное: как бы ты не менялся, не обманывай себя. Будешь искренним с собой - поймёшь, кто ты есть и не изменишь себе. Искренность возможна лишь в свободе. Абсолютный Преступник рождён стремлением к абсолютной искренности с самим собою. «Независимость -идеал немногих, это преимущество сильных. И кто покушается на неё, хотя и с полнейшим правом, но без надобности, тот доказывает, что он, вероятно, не только силён, но и смел до разнузданности. Он вступает в лабиринт, он в тысячу раз увеличивает число опасностей, которые жизнь сама по себе несёт с собою; из них не самая малая та, что никто не видит, как и где он заблудится, удалится от людей и будет разорван на настии каким-нибудь пещерным Минотавром совести. Наши высшие прозрения должны - и обязательно! - казаться безумствами, а смотря по обстоятельствам, и преступлениями, если они запретными путями достигают слуха тех людей, которые не созданы, не предназначены для этого» (Ницше). Важно жить так, чтобы текст жизни не исчез в её толкованиях. Не беда, если толкования свои, а то ведь часто это чужые «истины». В большинстве случаев «чистая совесть» есть результат самообмана. У преступного и опасного больше права на истинность, чем у хорошего и добродетельного, ибо готовность погибнуть у первого больше, а истина ждёт от человека такой готовности.
Люди поверхностны, так срабатывает их инстинкт самосохранения. Дабы не сойти с ума от правды жизни, человек предпочитает не вникать в глубину, спокойнее оставаться на поверхности, отдавшись власти течения. Тех, кто любит глубину, поверхностные осуждают, клеймят преступниками, пытаются таким образом унизить, но сами того не ведая, возвышают. Сказано: пропасти для глубоких. У глубины нет понятий преступная или праведная, она выше всего «слишком людского».
Телевизионные репортажи и газетные статьи всё чаще рассказывают о недоблестных рядах доблестной милиции. При том, что в СМИ попадает тысячная доля злоупотреблений силовиков, простым людям картина ясна и они уже давно не питают иллюзий по поводу правоохранительной деятельности. Охраняются права платежеспособных и власть имущих, остальным лучше не оказываться в поле зрения псов системы, под подозрением оперов, следователей, прокуроров и прочих блюстителей нужного власти порядка. Попавший под подозрение оказывается в кабинете горотдела или райотдела, и выбор здесь у него невелик: либо признание в том, что совершил, не совершил и думал совершить ты, твои друзья, соседи и родственники, ибо, в лучшем случае, инвалидность. Главным доказательством вины в суде по-прежнему является признание подозреваемого, поэтому так усердствуют блюстители в деле выбивания явок. Методы склонения к признанию своей изощрённостью не уступают гестаповским. Нужно отдать должное СМИ, которые всё чаще стают на сторону переживших методы дознания и несмотря на то, что журналистами в большинстве случаев движет не стремление к справедливости, а жажда сенсаций и высокого рейтинга, для многих смертных они единственное действенное средство спасения себя и своих близких от произвола власти. А что говорят те, кто уполномочивает, дрессирует и натаскивает псов в погонах? Лес рубят - щёпки летят, в семье не без урода и т. д. Ну уж нет, уродов так много, что в пору говорить: в семье не без нормальных. Впрочем, ничего удивительного, ведь те, кто уполномочивает - тоже выдрессированные кем-то псы. От величины ранга суть не меняется.
В ком больше правды: у преступника или у злодея, называющим себя борцом с этим преступником. В царской России для порядочного человека не было службы хуже и гаже жандармской. Оскорбление полицаем не считалось оскорблением и на дуэль их не вызывали как низких и посему недостойных такой чести. Каким бы дорогим парфюмом не поливали себя современные жандармы, один хрен тхнёт от них лягавым псом, и не оскорбить ему ни словом, ни делом Преступника.
«Если судишь по закону - забудь о справедливости, если судишь по справедливости - забудь о законе». Законы, одинаковые для всех, не могут быть справедливыми, ибо не рассматривают каждого в отдельности. Почему нарушение этих законов отдельными индивидуумами - преступление, а их нарушение партиями, правительствами таковым не является? Отвечаю: законы для всех, кроме тех, кто их принимает, проповедует и заставляет исполнять. Законы для рабов. Личность живёт по своим законам. Преступник
