Философские арабески полностью

Мир бесконечен и бесконечно многообразен, и в то же время един. Неизмеримое и неисчерпаемое море качеств, свойств, связей, соотношений при переходах из одного в другое, непрерывных превращениях, гибели одного, возникновении другого, нового, вечное становление и исчезновение, океан бесконечного движущегося вещества во всем великолепии его форм,— таков объективный мир. Совершенно очевидно, что он не может во всём бесконечном своём богатстве стать в конечном историческом времени объектом адекватного познания и адекватной практики. Он исторически раскрывается в мышлении субъекта. Познание есть процесс, и результаты этого процесса, постоянно преобразуемые в историческом движении труда и мышления, не являются какой-то застывшей величиной, а сами постоянно обновляют свой состав. Познание растёт и экстенсивно, вширь, и интенсивно, вглубь: оно охватывает всё новые и новые сферы бытия и в то же время открывает всё более и более общие, т. е. всё более и более глубокие, типы связей, отношений, законов. Расширяется непрерывно сфера единичного, конкретных вещей и процессов, становящихся объектами. И в то же время познание, растущее на своей практической основе, идёт ко всеобщему, вскрывая всё более глубокие типы связей, открывая всё более общие и универсальные законы, восходя от них к «духовному воспроизводству» многообразного понятного уже конкретного. Эти ступени познания соответствуют строению самого бытия, самой объективной действительности. Ибо объективно, совершенно независимо от человеческого, и всякого другого, сознания, существуют и общие, универсальные связи и бесконечное количество связей частичных, дробных, специфических; существуют и общие, универсальные формы бытия, и формы частичные. Необходимость — тип универсальнейшей, всеприродной объективной связи; законы диалектики — обнимают всё: природу, общество, мгновение. Энгельс писал в «Анти-Дюринге» о диалектике, что это «чрезвычайно (äusserst) всеобщий и поэтому чрезвычайно широко действующий и важный закон развития природы, истории и мышления, закон, который, как мы видели, имеет значение (zur Geltung kommt) в животном и растительном царстве, в геологии, в математике, в истории, в философии…». Но есть, как мы знаем, и специфические закономерности, свойственные только особым формам бытия, например, биологические законы, как законы органического мира, и только органическому миру свойственные. Таким образом, типология законов отражает объективные типы объективных связей по их убывающей или возрастающей общности, по их «глубине». И познание, как процесс, состоит в раскрытии всё более широкого поля конкретных вещей и процессов и всё более глубоких типов их связи. Поэтому Ленин, комментирую Гегеля в «Философских Тетрадках» записывал:

Отсюда понятна и трактовка самой истины, как процесса: ибо познание не в состоянии охватить сразу всего бесконечного многообразия природы и в то же время его многообразного единства, универсальной связи мира с бесконечностью конкретных опосредствовании. Оно, так сказать, открывает мир кусками и лишь в тенденции познаёт многогранную целостность, вечно к этому стремясь. В действительности не существует разных миров, миров различной степени «истинности»: существует единый мир с различными типами связей, более глубоких или менее глубоких,— в этом рациональное ядро и основание всех рассуждений о «сущности» и т. д. В частности, мир (или его части, вернее) в соотнесении с чувственными органами субъекта даёт феноменологическую «картину», а познание идёт «глубже», и в понятиях отражает, снимая субъективное, объективные свойства мира, «в себе», «отмыслив» принципиальную координацию Авенариуса. Это, между прочим, выражает очень чётко и Гегель в «Науке Логики»: