В конце концов, фундамент всего видимого есть невидимое: человека – душа, мира – Бог. Невидимое есть ипостасис всего, основание всего, субстанция всего, это есть то, на чем стоит мир и все, что есть в мире. Это должен почувствовать любой человек, серьезно вглядевшийся в какую бы то ни было тайну этого мира и этой жизни. На дне всего видимого таится невидимая сила. Невидимое – самое мощное в мире наших земных видимостей: электричество, радиация. Гравитационная сила невидима, но она сильнее всех планет. Она вращает их, как ребенок шарики.
Закон над всеми законами в этом мире таков: невидимое есть сердцевина видимого, невидимое господствует над видимым. Этот мир есть Божия лаборатория, в которой невидимое перерабатывается в видимое, но только в известной мере. Ибо существует граница превращения невидимого в видимое. А происходит это потому, что невидимое всегда шире, бескрайнее и бездоннее видимого. Как душа несравнимо шире, и больше, и глубже тела, в котором она существует, так и невидимая сердцевина всякой твари шире, больше и глубже этой твари. Действительно, видимое есть овеществление невидимого, причем только в известной мере. А вокруг видимого и за видимым простирается безбрежное море невидимого.
Этому закону подлежит и воплощение Бога. Именно здесь – совершенный пример Невидимого в видимом. В маленьком, но видимом теле человеческом скрывается невидимый Бог. Здесь поместилась вся тайна и малого мира – микрокосма, и всего мира в целом – макрокосма. Но все по тому же самому закону: невидимое в видимом.
В явлении воплощенного Бога нет ничего неестественного и «незаконного», ничего нелогичного и ненормального, нет даже и ничего чудесного. Ибо в этом мире все видимое – тайник невидимого. Воплотившись, Господь Христос невидимого Бога сделал до некоторой степени видимым, Неописанного – до некоторой степени описал телом. И тем высветил всю тайну всех миров: невидимое есть душа видимого; из всех бесчисленных видимых тварей распространяются бесчисленные невидимости, а над всеми и сквозь все: Он – Единственный Невидимый, Господь и Бог миров, Трисолнечный и Триединый. И наисовершеннейшее видимое явление невидимого Бога – воплощенное Слово Божие, Господь наш Иисус Христос, Который есть
Богочеловек Христос, а Им, по Нему, и через Него – христиане. Очевидно, что христиане тем и суть христиане, что Христом ощущают тайну жизни и мира, Христом ее объясняют. Видимое объясняют невидимым, и наоборот: невидимое – видимым; человека объясняют Богом, но и Бога – человеком, причем человеком в Богочеловеке Христе. Без Богочеловека человек – это ужас, а Бог – еще больший. Вне Богочеловека нет нигде мира человеческой мысли. Всюду грозные обрывы и ужасные провалы. Богочеловек – это самый совершенный синтез невидимого и видимого, Вечного и временного. Поэтому Он есть и самый совершенный критерий Божиего и человеческого, духовного и физического, видимого и невидимого. Он есть самое полное осмысление и невидимого, и видимого в человеческом мире. Чтобы крошечная мысль человеческая не обезумела над огромной тайной мира.
Христиане тем и суть христиане, что во временном ищут вечное, в видимом невидимое, в человеческом Божие. Паломники вечности, они сквозь временное шествуют вечным, сквозь человечье – богочеловечным. Они непрестанно ищут божественное золото в земном прахе. И находят. Для них все твари прозрачны: сквозь видимое они видят невидимое, сквозь временное – вечное. Во всем видимом они ищут и находят эту невидимую сердцевину, это невидимое ядро, которое таинственным нервом связывает видимое с Невидимым. В самом деле, наше призвание: сквозь видимое идти невидимым, в видимом искать невидимое, сквозь видимое видеть невидимое, в видимом жить невидимым, ибо невидимое – вечно, а видимое – временно и преходяще. По слову Христова апостола:
