| The old women and old men hobbling into church, bowed in prayer, murmuring over their beads, were objects of curious interest like the wood-carvings in the peculiar array of wood-reliefs emphasizing the Stations of the Cross. | Старики и старухи, которые ковыляли в церковь и, бормоча слова молитвы, перебирали четки, для нее мало чем отличались от фигур в своеобразном строе деревянных идолов, призванных подчеркивать святость креста. |
| She herself had liked to confess, particularly when she was fourteen and fifteen, and to listen to the priest's voice as he admonished her with, | Ей нравилось, особенно в возрасте четырнадцати -пятнадцати лет, исповедоваться, прислушиваясь к голосу духовника, все свои наставления начинавшего словами: |
| "Now, my dear child." A particularly old priest, a French father, who came to hear their confessions at school, interested her as being kind and sweet. | "Так вот, возлюбленное дитя мое..." Один старенький патер - француз, исповедовавший воспитанниц монастырского пансиона, своей добротой и мягкостью особенно трогал Эйлин. |
| His forgiveness and blessing seemed sincere-better than her prayers, which she went through perfunctorily. | Его благословения звучали искренне, куда искренней, чем ее молитвы, которые она читала торопливо и невнимательно. |
| And then there was a young priest at St. Timothy's, Father David, hale and rosy, with a curl of black hair over his forehead, and an almost jaunty way of wearing his priestly hat, who came down the aisle Sundays sprinkling holy water with a definite, distinguished sweep of the hand, who took her fancy. | Позднее ее воображением завладел молодой патер церкви св. Тимофея, отец Давид, румяный здоровяк с завитком черных волос на лбу, не без щегольства носивший свой пастырский головной убор; по воскресеньям он проходил меж скамьями, решительными, величественными взмахами руки кропя паству святой водой. |
| He heard confessions and now and then she liked to whisper her strange thoughts to him while she actually speculated on what he might privately be thinking. | Он принимал исповедь, и Эйлин любила иногда шепотом поверять ему приходившие ей в голову греховные мысли, стараясь при этом угадать, что думает о ней духовник. |
| She could not, if she tried, associate him with any divine authority. | Как бы она того ни желала, она не могла видеть в нем представителя божественной власти. |
| He was too young, too human. | Он был слишком молодым, слишком обыкновенным человеком. |
| There was something a little malicious, teasing, in the way she delighted to tell him about herself, and then walk demurely, repentantly out. | И в ее манере с упоением рассказывать о себе, а потом смиренно, с видом кающейся грешницы, направляться к выходу было что-то коварное, задорное и поддразнивающее. |
| At St. Agatha's she had been rather a difficult person to deal with. She was, as the good sisters of the school had readily perceived, too full of life, too active, to be easily controlled. | В школе св. Агаты она считалась "трудной" воспитанницей, ибо, как вскоре заметили добрые сестры, была слишком жизнерадостна, слишком полна энергии, чтобы подчиняться чужой воле. |
| "That Miss Butler," once observed Sister Constantia, the Mother Superior, to Sister Sempronia, Aileen's immediate mentor, "is a very spirited girl, you may have a great deal of trouble with her unless you use a good deal of tact. | - Эта мисс Батлер, - сказала однажды мать-настоятельница сестре Семпронии, непосредственной наставнице Эйлин, - очень бойкая девица. Вы наживете с ней немало хлопот, если не проявите достаточно такта. |
| You may have to coax her with little gifts. | По-моему, вам надо пойти на мелкие уступки. |
| You will get on better." | Так вы, пожалуй, большего от нее добьетесь. |
