Я бросаю на него взгляд, а он уже смотрит на меня взглядом «докажи всем, что ты готов». Этот взгляд одновременно спокойный, сильный и проницательный, всегда заставляет меня собраться и обдумать каждое слово, прежде чем оно покинет мои губы.
Глаза дедушки такие же, как у меня – темно-серые с примесью синевы. Когда я смотрю на него, мне кажется, что передо мной зеркало, показывающее меня в возрасте семидесяти лет. Если отбросить возрастные изменения и волосы цвета соли с перцем, нас было бы не отличить. Того нельзя сказать обо мне и отце или о нем и дедушке. Папа каким-то образом прошел мимо «черного» гена нашей семьи, родившись с русыми волосами и более светлыми глазами.
Один из директоров начинает докладывать о результатах его подразделения, и я опускаю взгляд в бумаги, пытаясь сосредоточиться на цифрах и графиках. Они расплываются перед глазами, потому что мысли не здесь, а в чертовой Бельгии.
С Авророй что-то происходит, она финишировала шестнадцатой в спринте, а в командном заезде и вовсе сошла с дистанции.
Не могу отделаться от мысли, что она не в порядке. Вдруг ей нужна помощь?
Телефон вибрирует в кармане пиджака, и сердце, кажется, тоже начинает издавать какое-то жужжание. Или тиканье, как у бомбы.
Почему-то я уверен, что это сообщение от Гаса. Он не отвечал мне почти сутки, что неудивительно, учитывая, что ему пишет какой-то больной с незнакомого номера: «Что с ней, черт возьми?», «У тебя нет пяти минут, чтобы ответить?», «Забыл. Это Уильям Рассел», «Просто Лиам».
В свое оправдание скажу, что я находился в каком-то нервном припадке, который может вызвать только Аврора Андерсон.
Я смотрю на дедушку, затем на отца и остальных членов собрания. Все увлечены отчетом за четвертый квартал, кроме меня… Я тянусь к карману с такой осторожностью, как если бы обезвреживал мину.
Август, который просто Гас: *
Август, который просто Гас:
Господи, кажется, Гас – еще одна версия моего друга Нейта.
Я:
Август, который просто Гас:
Я:
Август, который просто Гас:
Я:
Август, который просто Гас: *
Я:
Август, который просто Гас:
– Уильям.
Я поднимаю голову и обнаруживаю, что на меня смотрит десяток пар глаз.
Дерьмо.
Дедушка стискивает челюсти, это едва заметно, но я вижу. Так же, как и то, что у него слегка дергается бровь. Отец же, как всегда, спокойнее удава.
Я откашливаюсь, убираю телефон и беру в руки бумаги, опуская на них взгляд.
Дедушка возвращается к теме совещания:
– Спасибо за предоставленную информацию, мистер Белтон, ваше подразделение выпол…
– В отчете за четвертый квартал ошибка.
В зале повисает такая тишина, что можно услышать урчание чьего-то живота.