Фирсов Русские флотоводцы полностью

Не все идет гладко, англичанин еще плавает с переводчиком, но уже присматривается не только к экипажу, но и к конструкции корабля. Он изменил на фрегате некоторые элементы на верхней палубе, шканцах; для лучшего обращения экипажа с снастями и парусами оборудовал двойной шпиль на верхней и нижней палубе, укоротил мачты, уменьшил толщину рей. Это повышало остойчивость судна. Грейг рассчитывал и на увеличение скорости.

О своих нововведениях он написал рапорт на имя императрицы, переделки стоили немалых денег.

Прибавки в скорости хода не получилось. Об этом отозвался вице-адмирал Спиридов, командующий эскадрой: «В Англии действительно капитану дана класть изменять против штата, но что они принимаются за счет адмиралтейства только в том слу-чае, если сделают корабль на ходу лучше. Если же лучшего не сделают или еще хуже в ходу будет, то весь причиненный адмиралтейству убыток взыскивается с того капитана. Не для того чтобы спросить, капитан, Грейг думается, по трудолюбию заслуживает похвалу, но для того доношу, что и в Англии власть капитанская, будет подлинна, как по осведомлению моему, состоит ограниченная».

Адмиралтейств-коллегия в конце 1768 года 27 декабря, оценив внесенные Грейгом новшества, рассудила здраво: «Перемены, учиненные Грейгом на «Трех святителях», не могут служить всеобщим правилом и остаются корабли на прежних штатах».

В следующую морскую кампанию 1769 года Россия вступила в состояние войны с Турцией. Длительные подстрекательские происки Франции, по недопущению русских на берега Черного моря, достигли цели. Янычары султана должны отбить охоту у России соперничать с французскими купцами в странах Средиземноморья. Что касается Черного моря, то здесь полновластный хозяин — турецкий флот.

По-иному рассуждали в Петербурге. Приступив к спешному строительству военных судов для Донской флотилии, Екатерина II заинтересовалась предложением своего любимца Григория Орлова. На первом заседании Совета, созванного после объявления войны, неожиданно Григорий Орлов заговорил о посылке в Средиземное море российских судов учинять диверсию туркам со стороны греческого архипелага. Императрица слушала его внимательно, не перебивая, казалось, это импонировало ее взглядам и открывало новые горизонты в замыслах, которые она лелеяла, посылая Алексея Орлова в Адриатику...