Война не была неожиданной, о ней часто говорили последние два года. Но Россия не была готова для ее ведения. В Черное море вошла турецкая эскадра — 19 линейных кораблей, 16 фрегатов. Севастопольская эскадра, двух лет от роду, была в три раза слабее кораблями. Командующий же эскадрой Войнович, хра-бер был на пикниках да балах, устраиваемых по три раза в неделю.
...Август 1787 года был на исходе, когда Войнович вдруг срочно собрал всех командиров в Адмиралтействе. Лицо его было матовым, исчез загар, голос дрожал.
— Господа капитаны, августа двадцать первого у косы Кинбурнской турки атаковали фрегат и бот наш, но, слава Богу, те отбились. — Он перекрестился, взял со стола бумагу и продолжал: — Светлейший князь, Главный командующий ныне приказ прислал:
При последних словах Войнович ладонью вытер мспотевший лоб, обвел взглядом присутствующих:
— Каково приказ светлейшего князя исполнить наилучше?
«Не послушает ведь...» — Ушаков усмехнулся про себя, однако сказал:
— Мыслю, Марко Иванович, надобно идти до Кин-бурна, с эскадрой Лиманекой соединясь, крепче будем. И отстояться есть где от непогоды, осень на носу...
Войнович напыжился:
— Не нам прятаться, искать турка надобно. Эскадра пойдет в Калиакру, токмо не завтра, ибо понедельник...
Суеверие Войновича дорого обошлось. У Варны эскадра попала в жесточайший шторм, все корабли раскидало по морю и разломало... На пятые сутки «Святой Павел» со сломанным рулем, поваленными гротом и бизанью очутился у берегов Абхазии и бросил якорь иСухум-кале.
Спустя неделю «Святой Павел» вошел в Севастопольскую бухту. На рейде не досчитались двух вымпелов: один фрегат погиб, а линейный корабль «Мария Магдалина» с начисто поломанными мачтами еле держался на плаву и был отнесен к Босфору, где его пленили турки. Так в этом году и не пришлось встретиться с турецкой эскадрой.
Несколько недель прошло с начала с 1788 года, а Войнович, несмотря на приказ Потемкина, мельтс шил, не отваживался выходить в море: то корабли вс готовы, то припасы не все, то непогода.
