Многое передумал он, пока катер шел к берегу, пе* 1 реваливаясь через гребни крутых волн. Кадьяна он и сам терпеть не может, склочником и интриганом кроме всего оказался. Однако нынче смутьянов более сотни, почти вся команда. В случае огласки всем гро- I
вит острог, каторга, если не более. Дело надо как-то запит I.. не дать законного хода.
Настороженным гулом встретила офицеров толпа ■«тросов на берегу. Впереди стояли два усатых боцмана.
Ваше высокоблагородие! Будь что будет, а еже-рм Кадьяна с «Крейсера» не уберете, ноги нашей на Ми лубе не будет!
11(шривычно Лазареву выслушивать ультиматумы. но он знал, что правда на стороне матросов.
Вот что, братцы, — матросы затихли, — что были. то прошло. Кадьян нынче болен и с корабля списы-
пнгТСЯ.
Команда одобрительно зашумела.
А теперь, — сказал Лазарев, нахмурясь, — все ни корабль. Да, чур, все, что было, — быльем должно порасти» о том нигде не болтать.
В тот же день с глазу на глаз он дал ясно понять Кале и ну, что его служба на «Крейсере» далее невозмож-им, По его настоятельному совету Кадьян подал рапорт г просьбой списать его с фрегата по болезни...
В первых числах ноября из Петропавловска пришил шлюп «Ладога». Командир шлюпа доставил конфиденциальное сообщение Лазареву об отмене всех мер |ь> пресечению плавания американских судов вблизи берегов Русской Америки. Царское правительство отступило, сделало первый, едва заметный шаг назад, уступая напористым американским дипломатам...
«Ладога» привезла и другое неожиданное известие Дли Лазарева, всех офицеров фрегата, и особенно Hall п мова. По высочайшему повелению мичман Завалишин срочно направлялся Петербург для личной аудиенции к царю. Оказалось, еще в Лондоне, ни с кем не и I нсь, Дмитрий Завалишин написал и отослал лично «ммпо трактат, в котором изложил свои соображения по многим политическим проблемам.
Письмо произвело впечатление, и Александр I распорядился срочно вызвать автора для личной с ним беседы.
Корабли начали готовиться к переходу и через неделю отправились в Калифорнию. Неприветливо встретил моряков осенний океан. Ночью ветер достиг ураганной силы. Паруса трещали и лопались под его напором. Гигантские волны закрывали огни фальшфейера «Ладоги», которые скоро исчезли в кромешной тьме. Целую неделю не утихал шторм...
