— Тише, — прервала она его. — Сейчас не до слов. Лежи. Дыши ровно. Старайся ни о чём не думать. Просто дыши.
Она отошла вглубь расщелины и начала что-то делать. Олег видел, как она достаёт из своей сумы пучки трав, коренья, какие-то камешки. Она разложила их на плоском валуне, что-то шепча себе под нос. Затем она набрала в котелок воды (видимо, где-то рядом был источник, которого он не заметил) и снова разожгла огонь – так же легко и незаметно, как вчера. Она не использовала магию для его лечения напрямую – видимо, это тоже требовало сил, или его состояние было слишком нестабильным – но она создавала атмосферу.
Она бросила в котелок травы, и вскоре по расщелине поплыл густой, успокаивающий аромат. Он был сложнее, чем утренний отвар – в нём были нотки валерианы, чабреца, чего-то хвойного и ещё чего-то неуловимого, сладковатого. Марфа села недалеко от Олега, спиной к скале, и принялась тихонько напевать. Это была не песня со словами, а скорее монотонный, тягучий мотив, похожий на шум ветра в соснах или журчание далёкого ручья.
Олег лежал, вдыхая аромат трав и слушая её пение. Напряжение, сковывавшее его тело, начало понемногу отпускать. Звенящая пустота в голове сменилась тяжёлой, вязкой слабостью, но это было уже не так мучительно. Он чувствовал себя абсолютно беззащитным, но почему-то – в безопасности. Марфа была рядом. Её присутствие, её спокойное пение, запах трав – всё это создавало кокон покоя вокруг него.
Он не заметил, как снова уснул. На этот раз сон был беспокойным – ему снились лязгающие челюсти Железного Зверя, слепой красный глаз, летящие искры и ослепительная вспышка молнии, которая раз за разом прожигала его изнутри. Он метался на своей подстилке из мха, тихо стонал.
Марфа подошла, положила прохладную ладонь ему на лоб. Её прикосновение было лёгким, но оно словно отогнало кошмары. Он почувствовал, как волна спокойствия исходит от её руки, и сон стал глубже, ровнее.
Когда он проснулся снова, снаружи уже сгущались сумерки. Огонь в костре почти погас, остались только тлеющие угли. Марфа сидела неподвижно, словно статуя, глядя в темноту за пределами их убежища. Олег почувствовал себя немного лучше – самая острая фаза истощения прошла, хотя слабость всё ещё была огромной. Он мог двигаться, мог думать яснее.
— Марфа? — тихо позвал он.
Она обернулась.
— Проснулся? Как ты?
— Лучше… кажется. Спасибо вам. За… всё.
— Рано благодарить. Ты ещё слаб. Очень слаб. То, что ты сделал… оно дорого обходится. Не только телу. Душе твоей досталось.
Она подбросила в угли пару сухих веток, и пламя неохотно ожило, бросая дрожащие тени на стены расщелины.
— Нужно будет задержаться здесь. День, может два. Пока хоть немного сил не наберёшься. Идти дальше в таком состоянии – верная гибель.
Олег молча кивнул. Он понимал, что она права. Сейчас он был обузой, а не помощником. И мысль о том, что Железный Зверь или что-то ещё может их здесь найти, вызывала новый приступ холодного страха. Они были уязвимы. И всё – из-за него. Из-за его вспышки, из-за его неумения контролировать силу, которая в нём проснулась.
Олег лежал, глядя на неровные каменные своды расщелины, освещённые слабым светом догорающего костра. Тело ломило, слабость была такой, что даже повернуть голову требовало усилий. Но лихорадочный туман в сознании рассеялся. Он мог думать. И мысли эти были тяжёлыми.
Он подвёл их. Подвёл Марфу, которая вела его, учила, защищала. Его безрассудный порыв, его неконтролируемая вспышка силы поставили их обоих на грань гибели. Да, он ранил Железного Зверя, но они чудом спаслись бегством, и теперь застряли здесь, слабые и уязвимые, в то время как где-то там рыскает механический монстр или что похуже.
— Марфа… — тихо позвал он снова. Голос был слабым, но твёрдым. — Мне… жаль. Из-за меня мы здесь. Из-за моей глупости. Я должен был вас слушать.
Марфа медленно повернула голову. Её лицо в полумраке было непроницаемым.
— Сожалениями прошлое не исправить, Олег. Что сделано, то сделано. Ты поступил безрассудно? Да. Поставил нас под удар? Да. Но… — она сделала паузу, словно взвешивая слова, — …ты и спас нас. Если бы не та молния, Железный Зверь раздавил бы нас обоих там, на склоне. Твоё отчаяние, твоя ярость, твоя… искра… дали нам шанс уйти. Шанс, которого иначе не было бы.
Олег удивлённо посмотрел на неё. Он ожидал упрёков, но не этого.
— Но какой ценой? Я ведь… я ничего не контролировал. Это было… страшно. Эта сила… она чуть не разорвала меня. И я совершенно пуст теперь.
— Большая сила всегда приходит с большой ценой, — кивнула Марфа. — Особенно та, что приходит без зова, без подготовки, в ответ на крик души. Ты коснулся мощи Перуна. Или она коснулась тебя. Это не игрушки, Олег. Это стихия. Как гроза, как лесной пожар. Её нельзя просто так выпустить погулять.
Она подошла и села рядом с ним на мох, подбросив ещё немного сушняка в огонь. Пламя чуть ожило.
— Почему… почему она откликнулась именно мне? — спросил Олег. Это был главный вопрос, мучивший его. — Я же… никто. Просто пришлый. Физик. Не жрец, не воин…