— Начинаешь раздражать, детектив. Я не люблю повторять, но ради тебя сделаю одно маленькое исключение… Ты убедишь её успокоиться. Прежде всего… Она сопротивляется, потому что боится за тебя, но я убеждён, что если ты сам скажешь ей, что всё в порядке… Я, наконец, смогу без проблем дойти до последней стадии. Смогу выйти из диапаузы и получу нормальную жизнь.
Александр встряхнул головой, словно вырываясь из безостановочного потока прошлого:
— И что потом? Ты отпустишь нас?
— Конечно, — морда сводницы скривилась в мерзкой улыбке. — Я же сказал. Мне нужно только новое тело, но нормальное! Не труп из морга! А после? Вы… Вы будете свободны.
— А как же остальные? — Волков кивнул на несколько тварей, которые медленно вошли в Блок 17-Б и уставились на тушу, напрямую контролируемую хозяином. Очевидно, ожидая некоего сигнала.
— Они теперь мои. Бывшие мёртвые и живые.
— То есть… Они будут жрать всех подряд, превращая каждого на планете в себе подобных?
Тленник издал радостный смешок:
— Да!
Наступила условная тишина. За исключением тошнотворного бульканья из глотки чудища по левую сторону от выхода. Александр закрыл глаза на мгновенье, вспомнив многих — кому он смог помочь, пока работал детективом — и в итоге решил:
— Иди нахуй.
Тело сводницы замерло:
— Что?
— Я сказал… И-ди… НАХУЙ!
Тленник опешил:
— Ты… отказываешься?
— Конечно! Чего ты, образина страшная, ждёшь от меня?
— Послушай… Я сказал, что мне надоело ждать, но речь не идёт о вечности. Рано или поздно, я добьюсь своего, — рожа мертвяка скорчилась, пуская противные пузыри слизи. — А ты… И она… Вы неизбежно умрёте вместе с остальными, если откажетесь помочь мне.
— Нет, — Волков взмахнул костоломом и кусочек чьей-то плоти, некогда прилипший к инструменту, шлёпнулся на пол. — Я разобью твою гадкую морду вот этим… А потом убью каждую тварь, которая встретится на пути. После… Я найду Катю и помогу ей избавиться от тебя окончательно!
Труп сводницы яростно зашипел, и его голос внезапно стал резким, почти визгливым:
— Ты идиот! Думаешь, что сможешь её спасти?! Ты даже своих проблем решить не можешь!
— Плевать… Я сделаю это!
— ОНА УЖЕ ФАКТИЧЕСКИ МОЯ!
— Твоё ФАКТИЧЕСКИ заканчивается прямо сейчас!
Тленник тут же взревел:
— Тогда сдохни вместе с ней!
Отвратные существа уловили от хозяина сигнал и мгновенно рванули вперёд, но из-за странного грохота сверху внезапно застыли, будто ощутив нечто опасное. Над головой сводницы мелькнула ослепительная вспышка — словно кто-то этажом выше молниеносно прочертил круг на полу раскалённым клинком. Потолок не выдержал и огромный кусок перекрытия рухнул, порождая мутные клубы пыли.
Тело старухи успело выдавить лишь мерзкий вопль. Долю секунды спустя оно оказалось под тяжелейшим завалом — что-то хрустнуло, брызнув синей жижей. Создания, находившиеся рядом, задёргались и одновременно повалились, потеряв связь, поддерживавшую в них жизнедеятельность.
Пыль повисла в воздухе, медленно оседая, подобно пеплу после взрыва. Александр стоял, сжимая костолом изо всех сил и всматриваясь в груду обломков, под которыми лежало раздавленное тело сводницы. Внутри всё напряглось — не из-за страха, а от злости. Ведь он только что вспомнил прошлую жизнь, а важная ниточка канула в небытие.
— Нет… — прошептал он и проскрежетал зубами.
Стоило завесе чуть рассеяться, и сразу же проступила фигура — высокая, в плаще, с мерцающим мечом. Зелёные глаза Охотника холодно скользнули по детективу, затем по останкам сводницы.
— Доволен, сладенький? — раздался ядовитый голос, исходящий из клинка. — Кажется, мы нашли то, что искали.
— Нашли, — коротко бросил Алексей, глядя на остальных мертвяков.
