— И не указали, что у вас стрёмный труп в морге. Хотите, чтобы он вырвался и принялся жрать местное население? Не рассматривали такой вариант?
Администратор активно заёрзал на стуле, нервно подёргивая пальцами:
- Я… Я согласен на добавку в пять сотен.
— Неофициальную добавку. Три тысячи по контракту и пятьсот после избавления от жуткого трупа в морге. Ах, да. Мне понадобятся адреса мест, в которых произошли убийства.
— Дайте подумать… Точные адреса…
— Не думайте. Предоставьте мне карту города с опознавательными знаками и маршрутами. Загрузите всю информацию о странных инцидентах в накопитель данных, а я пока займусь подготовкой. Вернусь за носителем через двадцать минут, — гость резво встал и направился к выходу.
Дверь захлопнулась.
Блеклые, еле заметные пылинки витали над полом — тот же самый след, что вечно тянулся за Охотником. Чиновник его не увидел. Он гневно орал в устройство связи на помощника, раздавая указания и повторяя ругательства о зажравшихся наёмниках.
* * *
Где-то в Нижнем Городе Красная прижалась к стене, чувствуя, как её татуировки пульсируют в такт чужого сердцебиения.
— Он уже близко… — непроизвольно прошептала она, удивилась сказанному и скрылась в тёмном проулке.
<p>Глава 2</p>Капли дождя стекали по запотевшему стеклу дешёвого бара, превращая огни Нижнего Города в расплывчатые кляксы.
Волков поднял стакан с чем-то, что местные называли виски, и выпил содержимое — на вкус, как растворитель с нотками тоски.
Бармен, мужик с бионическим глазом и шрамом вместо уха, налил Александру ещё:
— Жмакин постоянно спрашивает про тебя.
Детектив даже не удивился:
— И что?
— Каждый раз говорит мне… Если увидишь этого долбоёба, напомни ему о долге в три сотни ЕКВ.
Мелочь для кого-то, а для Волкова сейчас — целое состояние. Он криво улыбнулся и ответил:
— Был у него час назад и занял тот самый полтинник, из которого десяткой расплатился за выпивку.
Работник бара хмыкнул. В его глазном яблоке мелькнула красная точка — своеобразная пометка в базе данных заведения об обязательной предоплате.
Александр сделал небольшой глоток и услышал громкий сигнал микрокомпьютера. Некто звонил со скрытого номера. Детектив вновь отхлебнул пойло и принял входящий вызов:
— Говорите.
Тишина продлилась недолго — грозовой раскат разорвал её на куски. Затем из устройства донёсся женский шёпот:
— Ты будешь с нами…
— Кто это? — но Волков не получил ответа из-за прерванной связи, нахмурился и добавил. — Надоел уже этот сраный спам…
Бармен покосился на Александра, тяжело вздохнув:
— Допился, да?
Неоновая надпись на стене «Градус» мигала, как аритмичное сердце, отбрасывая фиолетовые блики на лицо детектива. Он прищурился, разглядывая микрокомпьютер — совершенно никаких записей о звонке.
— Ну и хуйня, — прошипел Волков.
И тут сигнал повторился. Входящий вызов оказался реальным — работник бара вздрогнул, отпрянув от стойки, и грязно выругался на фоне неожиданности. На экране приспособления появилось наименование контакта — Жмакин.
Александр поднёс устройство к уху, но рот открыть не успел. В динамике раздался хриплый голос Дровосека:
— Ты должен мне триста пятьдесят ЕКВ.
— Знаю. Ты говорил об этом перед моим уходом.
— Знаешь, да не возвращаешь и продолжаешь занимать.
— Слушай… Сказал же, — детектив допил «виски» и жестом дал понять бармену о желании получить добавку. — Я рассчитываю восстановить репутацию и тогда смогу всё вернуть.
— Рассчитываешь? Пока ты там себе рассчитываешь, я собираю материалы в кучу и наталкиваюсь на повреждённые или зашифрованные файлы, в которых сплошная мерзость, похабщина и почти никакой важной информации.
Волков взбодрился и округлил глаза:
