Флешбэк мечты полностью

– Она классная, так что стоит за нее проголосовать. – Я не сдавалась, твердо решив завоевать два их голоса любой ценой. Если я даже с этим не справлюсь, как других-то убеждать? – И еще: вас, что ли, не достало, что все время побеждают одни и те же люди?

Этим я, видимо, окончательно довела их до ручки.

– Из наших никогда никто не побеждает, – подтвердил Сунг. – Да и вообще, велика важность этот бал! Хрень для белых.

Я моргнула. Не то чтобы я с ним была совсем не согласна, учитывая все обстоятельства, однако слова его меня все равно шокировали. Какая в этой школе непреодолимая сегрегация. В школе, где через тридцать лет будут общие туалеты и целый парад гендеров на школьных собраниях. Антирасистский комитет. Студия корейских поп-танцев.

– Ну ведь совершенно не обязательно, чтобы он оставался хренью для белых, – заметила я. – И если вы проголосуете за Присциллу, это будет шагом в нужном направлении. Ну, допустим, она, по-вашему, бананка. Но она кореянка. Мать-кореянка воспитывает ее одна, она эмигрировала в Америку и работает как проклятая ради детей. Мне кажется, это что-то да значит.

Сунг пожал плечами, Дженнифер опустила глаза в тетрадь. Я почувствовала всплеск угрызений совести. Может, до нее я все-таки достучалась? Джейми пристально смотрел на меня, постукивая длинными пальцами по тетради. Я открыла свою и сделала вид, что пишу, – только бы уклониться от его взгляда. Вытаращился тут.

Через некоторое время миссис Уортингтон объявила, что работа в группах закончена.

– Так, попрошу некоторых из вас поделиться своими выводами.

Я посмотрела на Сунга – он у нас явно был главным и вообще во всем этом разбирался. Но он даже не пошевелился. Миссис Уортингтон посмотрела на подруг Присциллы.

– Дейдре? Хейли?

Они обе с надеждой посмотрели на Присциллу, которая, выпрямив спину, принялась рассказывать, как законопроект становился законом.

Когда она закончила, миссис Уортингтон кивнула.

– Молодцы, девочки.

Присцилла явно была довольна, Дейдре и Хейли быстренько дали ей пять. Можно подумать, они сами хоть что-то сделали. И почему учительница не назвала Присциллу по имени? Я постаралась не делать никаких выводов, когда миссис Уортингтон обратилась еще к одной группе, где были только белые, а увидев, что нас она будто не замечает, я подняла руку.

Миссис Уортингтон кивнула.

– Давай, Дженнифер.

Повисло неловкое молчание. Я посмотрела на Дженнифер – та крепко сжала губы, будто ушла в какую-то другую плоскость реальности.

– Я – Сэм. Это она Дженнифер.

Типа – я новенькая. Как она могла перепутать меня с Дженнифер?

Я услышала смешок откуда-то из угла класса, резко повернула туда голову. Дейдре. Какого хрена? Она над кем смеется, над миссис Уортингтон или надо мной? Тут я заметила, как на лице у Присциллы мелькнуло раздражение, а Сунг и Дженнифер стервозно скривились, – и поняла, что надо мной. По спине пополз знакомый холодок. Колючее осознание очередной расистской выходки. Вот только я никогда еще не видела такого от учителя. Думала, что миссис Уортингтон смутится, но она лишь отрывисто ухмыльнулась: «Да ладно, подумаешь!» – и обронила:

– Ну?

Я, обалдев, посмотрела на Сунга; он заговорил, выложил все наши результаты. Миссис Уортингтон невозмутимо проследовала дальше, едва снизойдя до кивка.

Присцилле приходилось терпеть не только всякую хрень от собратьев-азиатов, но еще и вот это?

Зазвенел звонок, урок закончился, я двинула было к двери, но ничего не вышло – миссис Уортингтон приготовила для меня очередной круг ада.

– Подождите, не расходитесь! Каждый должен выбрать себе пару для домашней работы про законопроекты и законы!

По классу волной отчаяния прокатился дружный выдох. Миссис Уортингтон будто и не заметила.

– Прежде чем уйти, возьмите инструкции с моего стола. Каждая пара должна выбрать по закону и представить его – как будто вы находитесь в Конгрессе и хотите провести его в качестве законопроекта. Время – до следующей пятницы.

Все вокруг тут же разбились на пары, лишь мы с Джейми неловко таращились друг на друга.

Ладно.

Поскольку он сегодня уже успел помучиться – ему пришлось просить разрешения присоединиться к нашей группе, – я решила проявить инициативу:

– Будешь со мной в паре?

Джейми без особой радости произнес:

– Давай.

Мучительная заминка.

– Сможем в понедельник встретиться? – наконец спросил он.

– В понедельник? – глупо откликнулась я.

– Да, ну, чтобы сделать работу. Можем, если тебя устраивает, сходить вечером в библиотеку. Днем у меня тренировка.

Понедельник. До понедельника еще целая вечность. И вообще – нужна мне эта работа? С другой стороны, если я хотя бы не сделаю вид, что нужна, могут возникнуть подозрения.

– Давай.

Он поправил очки на носу.

– Отлично. Ну это… тогда до встречи.

– Да, класс! – Я подняла руку. – До встречи, чувак!

И я, кривясь, пошла оттуда.

Спокойно, Саманта. Спокойно. Я попыталась выскочить из класса, пока на голову мне не свалится какая-нибудь наковальня или еще что, однако Присцилла ухватила меня за рукав:

– Эй. Сэм.

Я высвободилась.

– Ай, ты что?