— Ну уж нет, так будет неинтересно, — ухмыльнулась Луиза. Она вскрыла письмо и прочла вслух: — «Тедди, ты непременно должен поговорить с отцом насчет патента, армейская жизнь — это все, на что мы надеялись. В обозримом будущем нас вряд ли куда-нибудь отправят за море, так что остается лишь наслаждаться гарнизонной жизнью. Охота по меньшей мере дважды в неделю, скачки, карты и азартные игры на любой вкус, а каждые выходные — пирушки в офицерском собрании. Самые хорошенькие местные девицы приходят и вешаются на шею всем завидным холостякам. В прошлые выходные я кутил с некой Таллулой Марчбэнкс и в итоге имел ее у себя в комнатах в стиле конной артиллерии, пока она не запела, словно паровой свисток. В следующем месяце освобождается место корнета, так что пусть твой отец будет в курсе. Твой Джордж».
Я остолбенел — отчасти оттого, что сестры говорили о подобных вещах, отчасти оттого, что армейская жизнь показалась мне именно тем, что нужно. Первой ясной мыслью было — успею ли я получить этот чин корнета, пока о нем не прознал Тедди Карстерс. То, что сестры стащили его письмо, могло сыграть мне на руку. Мои размышления прервала Сара:
— А что это — в стиле конной артиллерии?
Признаться, в тот момент я понятия не имел, ибо никогда о таком не слышал. Я догадывался, что это один из способов совершения известного действа, но каким образом тут замешана конная артиллерия, было выше моего понимания. Разумеется, я не собирался признаваться сестрам в своем невежестве и потому ответил со всем достоинством, на какое был способен:
— Джентльмен никогда не обсуждает подобные вещи с леди.
— Вот как, — протянула Луиза. — Так значит, с Салли Миллер ты не в стиле конной артиллерии обошелся? А с Руби из «Лисы и утки»? А с новой дояркой священника? А с той девицей, с которой тебя видели на сеновале у Джеррода?
Боже правый, до чего же они были осведомлены, а я-то считал себя весьма осторожным. Они не знали лишь одного: на сеновале была как раз доярка.
— Повторяю, джентльмен никогда не обсуждает подобные вещи.
— По-моему, он не знает, что такое «в стиле конной артиллерии», — сказала Сара. — Покажем ему?
Луиза злорадно улыбнулась и снова потянулась рукой к лифу. Мое воображение заработало на полную катушку. Что она собирается сделать или вытащить оттуда на этот раз? Если бы я гадал все оставшееся лето, то ни за что бы не предположил, что приличная молодая леди станет хранить там три карточки, которые она швырнула на стол передо мной. Это были порнографические рисунки.
— Они были вложены в письмо Джорджа к Тедди, — пояснила она.
На верхней, с подписью «В стиле конной артиллерии», было в точности показано, что к чему. Здесь не место вдаваться в подобные подробности, скажу лишь, что вся эта тасканина с пушками, должно быть, требует от мужчины недюжинной спины. Для второй, под названием «Тачка», требовалась дама с руками сильными, как у землекопа, а что до позы «Венская устрица»… о ней и думать-то не хочется.
Должно быть, я побагровел от смущения, а девчонки громко хохотали, почти заглушая стук колес подъехавшего к дому экипажа. Я с тревогой покосился на дверь, опасаясь, что леди Беркли войдет поглядеть, что тут за веселье, и поскорее сдвинул карточки к Луизе.
Когда смех утих, Сара подошла к окну.
— О, к нам мельник пожаловал! И он как раз увидел твою лошадь, Томас.
— Иисусе, нет! — Я метнулся к окну и выглянул из-за портьеры. — Ведьмы! Да это же чертов угольщик!
Они снова залились смехом.
— Так ты все-таки обрюхатил Салли, — воскликнула Луиза. — Об этом все говорят. Лучше поговори с отцом, пока этого не сделал мельник.
Я ехал домой, размышляя, что делать дальше. Девчонки были правы, мне нужно поговорить с отцом. Салли утверждала, что беременна, а ее отец начал поднимать шум. Разумеется, они знали, что о браке и речи быть не может. На самом деле они хотели отступных от состояния Флэшменов, чтобы она могла начать новую жизнь. Оглядываясь назад, я понимаю, что семейство Флэшменов из поколения в поколение содержало негласный благотворительный фонд для подобных падших женщин в округе. Это могло бы показаться весьма щедрым, если не принимать во внимание тот факт, что падению этих женщин они же и способствовали.
Учитывая, что у нескольких жителей деревни наблюдалось поразительное фамильное сходство, я был почти уверен, что мой старик и сам не раз пользовался благотворительным фондом Флэшменов, а потому не будет возмущаться так, как возмущаются нынешние люди под ханжеским влиянием Вики и Альберта. Да что там, в те времена Принц Уэльский, вероятно, был двоеженцем и готов был залезть на что угодно, кроме собственной жены, большинство политиков считали любовницу неотъемлемым источником сплетен, а Девонширы открыто жили втроем. По сути, единственным политиком, который, казалось, вел безупречную жизнь, был Спенсер Персиваль, а когда он наконец стал премьер-министром, его прикончил какой-то безумец — вот вам и цена сдержанности.
