На грубом, просоленном морской водой и продубленном, наверное, всеми ветрами на свете лице капитана Рэда появилось некое подобие улыбки. Точнее, это была кривая гримаса, от которой стало бы не по себе любому, кто не был знаком с этим человеком.
Однако, Лягушонок знал, что его слова доставили Рэду удовольствие.
– Что ж, это хорошо,– сказал старый пират.– Я тоже кое-что кумекаю по-французски. Главное, чтобы они не приняли нас за англичан. Хоть ты и говорил, что мы с ними не воюем, но для французов повесить на рее англичанина то же самое, что выпить бокал вина. Нам нужно договориться о том, что мы будем отвечать на вопросы, если нам станут их задавать.
– А что же мы можем ответить?
– Слушай меня и не перебивай,– цыкнул на него капитан Ред.– Если будут спрашивать, то запомни: меня зовут Бенжамен Перье, а родом я из Марселя. Я плыл на корабле «Сан-Себастьян», принадлежащем торговому дому Колонов. Понял? Лягушонок кивнул.
– Понял, капитан.
– Повтори.
– Вас зовут Бенжамен Перье. Вы из Марселя. Плыли на торговом корабле, перевозившем груз ванили.
Лицо капитана Рэда изумленно вытянулось.
– Какой еще ванили? Я ничего об этом не говорил. Лягушонок нашел в себе силы улыбнуться.
– Просто я знаю, что торговый дом Колонов занимается поставками ванили.
Капитан Ред почесал бороду.
– Молодец, это ты хорошо придумал. Значит, мы плыли с грузом ванили... Эй-эй, погоди!.. Если мы плыли с грузом... Значит, не из Марселя, а в Марсель? Понял?
– Понял.
– И вышли мы из Тира, в Палестине...
– А почему так далеко?
– Потому что я там однажды бывал и даже могу рассказать, что это за городишко... Вонючее место... Ладно. Пойдем дальше... Ночью на нас напали пираты. Нашу шхуну «Утренняя звезда» утопили, а всех членов экипажа убили. Спаслись только мы с тобой. Понял?
– Понял.
– Про ваниль это вы хорошо придумали...– неожиданно раздался глухой голос откуда-то сбоку.
Лягушонок вздрогнул от неожиданности и огляделся.
У противоположной стены сидел человек, которого они не заметили прежде. Не заметили по довольно простой причине: это был мавр. Правда, одежда выдавала в нем обычного моряка – такая же холщовая роба, как и у остальных членов экипажа фрегата «Эксепсьон», а на голове из-под цветастого платка торчали курчавые волосы.
– Что ты сказал? – пробормотал Лягушонок.
– Я сказал, что насчет груза ванили вы хорошо придумали,– повторил сосед.– Они должны поверить.
Очень правдоподобно звучит. Правда, ты мало похож на француза...
– А ты вовсе на него не похож, хотя разговариваешь по-французски,– огрызнулся капитан Рэд.– Ты кто такой?
Мавр, спокойно сидевший у противоположной стены, с достоинством ответил:
– Французы дали мне имя Жозеф-Серафим Амадеус...
Капитан Рэд выругался и сплюнул:
– Чертовы лягушатники! От их имен сам морской дьявол поперхнулся бы.
Негр с невозмутимым видом выслушал эту гневную тираду и продолжил:
– А, вообще-то, меня зовут Бамако. Вы тоже можете меня так называть. Я потомок княжеского рода из Бенина.
Капитан Рэд поморщился.
– Откуда?..
– Из Африки...
Мавр был так спокоен, как будто действительно сидел на княжеском троне, а не в грязном, вонючем трюме рядом с пропахшими смолой пеньковыми канатами и бочками дегтя.
– А что же ты делаешь на этом корабле, Бамако? – с недоверием спросил капитан Рэд.
– Я – корабельный кок,– гордо ответил Бамако,– готовил здесь еду для капитана.
Капитан Рэд, удивленно разинув рот, осмотрелся по сторонам.
– Вот уж не думал, что нас заперли на камбузе. Какого черта ты сидишь в трюме?
Негр улыбнулся.
– Меня заковали в кандалы. Вот. Смотрите. Он вытянул вперед ногу и зазвенел цепями.
– На твоем месте я бы так не радовался,– пробурчал старый пират.– Наверное, ты такой же весельчак, как и я. За что тебя заковали в кандалы?
Бамако пожал плечами и сделал возле головы характерный жест, который обычно относится к умалишенным.
– Это же французы, они – сумасшедшие,– сказал Бамако таким тоном, как будто это само собой разумелось.– Они сказали, будто Бамако отравил великого командора де Лепельера.
– А зачем тебе было его травить?
Негр пожал плечами.
– Не знаю... Они говорят, что я сделал это для того, чтобы завладеть золотым троном нубийского царя Югурты.
Всякое упоминание о золоте приводило капитана Рэда в состояние повышенного возбуждения. Вот и сейчас, услышав это магическое слово, старый пират мгновенно позабыл о всех напастях, которые свалились на его голову за последние несколько дней.
– Золотой трон?..– судорожно сглотнув, переспросил он.
Глаза его засверкали плотоядным блеском.
– Ну да,– спокойно ответил Бамако,– золотой трон.
– А откуда он взялся? – дрожащим голосом произнес капитан Рэд.
– Наш корабль плавал в Египет. Уж не знаю, что там делал великий командор де Лепельер, но однажды к нам на корабль притащили эту громадную штуковину и засунули ее в трюм.
Глаза капитана Рэя округлились.
– В трюм? Ты что, хочешь сказать, что где-то здесь рядом стоит золотой трон?
Судя по всему, мавра соседство с огромным количеством золота радовало совсем не так сильно, как старого морского бродягу, капитана Рэда.
– Ага, рядом,– спокойно ответил кок.
