В 1943 г. составной частью Морлова — базой (рыбозаводом) Моховой — руководил директор Ф. С. Лелюхин. Ввиду нехватки рабочих рук здесь в качестве рыбообработчиков на основе платной трудовой повинности решили привлечь домохозяек. 11 февраля 1943 г. Петропавловский горисполком для своевременного обеспечения выполнения государственного плана постановил: «1. Разрешить директору Морлова тов. Ермошкину мобилизовать домохозяек, имеющих детей-школьников свыше двенадцати лет, в количестве 20 домохозяек, согласно прилагаемого списка, сроком на один месяц, то тесть с 18 февраля 1943 г. по 18 марта 1943 г. 2. Всем мобилизованным на вылов и обработку рыбы выплачивать зарплату по действующим в рыбной промышленности расценкам, установленным для основных кадровых рабочих. 3. Поручить директору Морлова тов. Ермошкину и председателю Рыбкоопа тов. Толчину организовать бесперебойное питание и снабжение мобилизованных рабочих в порядке трудповинности через закрытую сеть столовой Рыбкоопа базы Моховой. За уклонение от трудовой повинности по выходу на рыбную путину виновные привлекаются к уголовной ответственности…»[699].
Недостаток рабочих рук был причиной и того, что долгое время не удавалось наладить снабжение населения базы хлебом, с которым случались большие перебои. Ближайшая пекарня в поселке Авача помочь не могла, так как имела незначительную производительность[700].
Наряду с использованием крупных судов (траулеров и сейнеров Морлова) развивался кошельковый промысел с кавасаки, принадлежавших Петропавловской МРС. С августа по октябрь 1943 г. двенадцать ее суденышек выловили 8 000 ц.
В 1944 г. на базе Моховой трудился 261 чел., в том числе 160 рабочих, 15 учеников, 16 инженеров, техников и служащих. Рыбозавод базы выработал 19 776 ц рыбопродукции вместо 17 506 плановых. Программу по выпуску закусочных консервов он выполнил на 108 %. Производительность труда по сравнению с прошлым годом выросла на 21 %, а себестоимость продукции снизилась на 0,6 %. Все это дало основание признать работу завода хорошей.
Лучше всех сработал засольный цех под руководством мастера В. Н. Великанова, выпустивший 15 143 ц, то есть 112 % от плана. На славу потрудились коптильно-икорный цех (мастер Лавриненко), холодильник (инженер-технолог В. П. Кутеко) и консервный цех (мастер Д. Е. Подгорный). Наряду с традиционной соленой продукцией завод освоил «улучшенный ассортимент»: маринованную, копченую и слабосоленую сельдь. Правда, не удалось выполнить задание по заготовке лососевой икры ввиду недополучения лосося от колхозников и по выпуску трески, которую «перекрыли» камбалой. Зато удалось снизить потери сырца и на 10 % уменьшить расход соли[701].
По результатам заключительного квартала 1944 г. за достижение высоких производственных показателей были премированы В. Н. Великанов, подчиненные которого перевыполнили задание более чем наполовину, и Д. Е. Подгорный. Возглавляемые последним консервщики превысили план на четверть.
В военное время требования к качеству продукции были несколько снижены: по понятным причинам больше внимания уделялось ее количеству. Из-за ухудшения качества сырца после обработки на базе росло количество продукции третьего сорта, значительно превышая предусмотренное планом. На Моховой размещалась центральная химическая лаборатория АКО. Заведующий ею А. И. Теняков пояснял, что рост качества рыботоваров сдерживала недооценка технологии обработки улова на судах и берегу: «Добыча рыбы на траулерах возросла, а методы обработки на борту остались прежними. Трюма набивали вместо 170 т до 300, забивая рыбой даже малый трюм. Отсюда и получается третьих сортов гораздо больше, чем предусмотрено планом… Недооценку технологии [на берегу] можно видеть из того, что на базе до сего времени нет ответственного по обработке рыбы… Рыбу [скоро] будет принимать некуда. Старый засольный и уборочный сараи совершенно не годятся, но к ремонту их до сего времени не приступили…»[702].
Для повышения качества продукции технолог предлагал запретить посол неразделанной и необзглавленной камбалы и неразделанной наваги, всемерно использовать в производстве лед, особенно на траулерах при транспортировке рыбы.
Бондарный цех базы изготовил 8 446 бочек разной емкости общей вместимостью 12 196 ц. Мороженную рыбу размещали и «в мягкую тару», то есть в мешки[703].
