— Ты понимаешь, что может произойти в худшем случае? Я имею в виду, помимо миллиона перерезанных старателей, развернутых военных действий в Волчьем созвездии, армий восставших под предводительством агрессивно настроенных вооруженных пророков, шастающих по Вселенной, а также поголовного заключения под стражу всех охранников? А произойдет вот что, парень, — нас с тобой вызовут на ковер.
— Ну что ж, я отправлюсь в штрафной батальон, а вы — в полевое командование.
— Ошибаешься. Нас обоих зафутболят на какую-нибудь болотистую планету. Тебя — в качестве рядового, а меня — в качестве сержанта, — сказал Махони. — Это, конечно, при условии, что император не выпотрошит из нас все внутренности, включая дерьмо. Тем не менее, полагаю, на данном этапе игры мыслишь ты правильно. Надеюсь, если случится худшее, ты и твои солдаты найдете способ разрешить проблему. Хотя я в этом глубоко сомневаюсь.
Махони покачал головой и направился к выходу из склепа.
— Полковник?
— Да, лейтенант?
— Будьте добры, сделайте одолжение. Впрочем, два одолжения.
Махони обмер от такой наглости. Лейтенанты не просят о личных одолжениях у своих командиров даже в отряде богомолов. Но лейтенанты обычно и не отваживаются заявить своему командиру, что его план сражения был полон дракха.
— Каких?
— Со мной служил один человек, Уильям Киршейн. Он погиб во время последнего рейда на дженнов.
— Продолжай, — сказал Махони.
— Когда-то он служил в первом полку гвардии. Мне бы хотелось, чтобы его восстановили в звании, посмертно. И… медаль бы тоже дать не помешало. Если у него остались родственники, они бы гордились им.
Махони не стал спрашивать, заслуживал ли этот человек таких почестей.
— Как я найду его документы, лейтенант? Знаешь ли ты, сколько Киршейнов служило у нас в гвардии?
Стэн ухмыльнулся.
— Вам не составит труда найти нужного, сэр. Его понижали в звании четырнадцать раз и представляли к Галактическому кресту четыре раза.
Махони облегченно вздохнул и согласился. Он сделает это одолжение.
— Насколько я помню, ты, сучий потрох, осмелился просить о втором одолжении?
Стэн замялся.
— Эта просьба интимного характера.
Махони ждал.
— Она касается сестры Паррела, Софи, — выговорил наконец Стэн.
— Красивая женщина, ничего не скажешь.
— Возьмите ее с собой. Она хочет быть представленной ко двору.
— Думаешь, ситуация стала настолько серьезной, парень?
— Не знаю, сэр.
Махони поразмышлял, пожал плечами, крякнул. «А почему бы и нет, черт возьми? Выполню и эту просьбу».
— Завтра вечером, лейтенант. Подведешь ее к третьему посту часовых. Пусть доложит о себе на «Верцингеторикс», трап «С». Я позабочусь о ней.
— Благодарю вас, сэр.
Островной континент Санктуса вздрогнул, когда императорский флот отделился от земли и завис на мгновение на одной параллели с трибуной, где рядом с компаньонами стояли Теодомир и Матиас. Затем корабли стали медленно удаляться, превращаясь в едва заметные точки, и вскоре исчезли совсем. Под ними, где-то далеко внизу, перед ангаром, стояли Ото, Стэн и Алекс.
Стэн помахал Софи на прощание рукой. Девушка была несколько удивлена, узнав о скором отъезде, однако почти ничего не сказала. Впрочем, они оба были немногословными во время последнего бурного занятия любовью, перед тем как Стэн проводил ее к сходням огромного имперского боевого корабля.
Стэн повернулся лицом к Ото.
— Вы, люди, обожаете прощаться, — начал было бхор.
— Не сейчас, Ото, — оборвал его Стэн. — Необходимо, чтобы ты заправил один из своих боевых лайтеров горючим. Я хочу также, чтобы два корабля вышли на орбиту Небты. Кроме того, мне нужны два пулеметчика из тех, что были на Уриче, и ты в качестве пилота.
Правая мохнатая бровь Ото поднялась вверх.
— Это невозможно, полковник. По окончании войны у меня появились свои меркантильные интересы, которые давно следовало…
— Это очень важно. Если ты откажешься выполнить мою просьбу, у бхоров может никогда больше не возникнуть меркантильных интересов.
Ото нахмурился, но, казалось, понял, что имел в виду Стэн.
— Каковы причины?
— Пока не могу сказать.
— Я так понимаю, от этого зависит твоя судьба. — Настал черед Стэна удивляться. — Надо так надо. Я подниму корабли с Небты через пять дней. Полагаю, они нужны тебе на тот случай, если отряду потребуется немедленное прикрытие.
Стэн с облегчением вздохнул. Теперь, по крайней мере, у него и наемников появится запасной выход.
К сожалению, коренные изменения в его судьбе произойдут не менее чем через двадцать часов. Корабли Ото просто-напросто не успеют к тому времени подняться на орбиту.
Стэн посадил гравитолет у обочины грязной дороги, вылез из кабины, поправил форму и зашагал вперед.
Дорога сужалась и переходила в тропинку, ведущую к лагерю компаньонов Матиаса. Вдоль тропинки, словно костры, алели знамена. Проходя мимо этих кроваво-красных стягов, Стэн вспомнил, о чем ему говорил Махони: «Нет никого опаснее солдата, получившего свою первую геройскую ленту».
В этом месте, казавшемся прежде безлюдным, появилось десять хижин.
