Формула от смерти, или Наследник полностью

Забываю о своих намерениях найти здесь себя, не могу оторвать взгляда с Инары. Мне нравится её искреннее выражение лица. Глаза блестят, и она ничего больше не видит, кроме светящегося города под самолётом.

– Это город. Видишь движущиеся светящиеся огоньки?

Она кивает.

– Это машины, про которые я тебе рассказывал…

– Молодые люди, можно ли потише? – голос раздаётся, как будто внутри моей головы, в то же время я знаю, что обращаются не к нам.

Резко встаю и смотрю вперёд. Мне как-то удаётся через спинки кресел увидеть себя, Яну и ещё пару ребят из детского дома. Я не слышу, о чём мы говорим, но наши голоса и смех раздаются по всему салону. Мы тогда не обратили внимания на слова женщины и весь рейс шумели.

Так странно смотреть на себя со стороны. Кажется, что я не особо изменился. Ведь сколько времени прошло? Четыре месяца или пять? Но я смотрю я на совсем другого человека – с иной мимикой и взглядом.

– Да, нет же! – голос Яны и её смех раздаются тоже, будто у меня в голове.

Я и не думал, что так соскучился по её смеху и голосу. Сердце сжимается. Не могу отвести от неё взгляда.

– Руслан, – Инара сжимает мою руку. Я совершенно забыл про неё. – Что случилось?

– Что? – перевожу на неё взгляд. Она с беспокойством смотрит на меня. – Извини.

Сажусь на место, но всё ещё слышу голос Яны. Она все говорит и говорит о чем-то.

– Верни меня обратно.

Мне не хочется уходить отсюда, но я чувствую, как Инара напряглась. Она больше не получает удовольствия от полета.

– Хорошо, – отпускаю её руку.

Гева

«Дневник для рассудка»

1 августа 1404 год (365 лет назад)

Наконец-то мы определились с датой нашей свадьбы. Она будет шестого июня.

Нам ещё ждать одиннадцать месяцев и шесть дней. Почти целый год…

Мне так хорошо и, даже если пришлось бы ждать два года, моё счастье не омрачилось бы. Мы целые дни проводим друг с другом. Мы рассказываем о себе всё, ничего не скрывая…

Все же, нет, иногда мне кажется, что он что-то недоговаривает. Он никогда не рассказывает, зачем к нему приходит Тезурия, и что они делают. А она стала приходить всё чаще и чаще.

Мне трудно признаваться себе в том, что я ощущаю это отвратительное, грязное чувство, но я должна быть честна с собой – я каждый раз его ревную к ней, но, как только мы оказываемся вместе, ревность исчезает. Но я продолжаю ненавидеть Тезурию, сколько бы не пыталась убедить себя, что у них ничего не может быть.

Может быть, я становлюсь параноиком, но у меня такое ощущение, что после каждой встречи с Тезурией, Метран меняется… И не в лучшую сторону…

Но, скорее всего, мне это только кажется.

– Надо тебя почаще отправлять к Инаре, – Вальнар с усмешкой смотрит на меня и Инару. Не знаю, сколько времени мы провели в моих воспоминаниях, так как видения никогда не занимали много времени, может, секунду или две, но выглядит так, будто наставник стоял здесь около пяти минут. Колдун продолжает:

– Раскрываешь новые границы своего Дара. Играешь в интеллектуальные игры и вселяешь в Инару ужас…

Он усмехается, а затем, как будто вспомнив что-то плохое, хмурится и пристально смотрит на меня. Инара тоже устремила на меня странный взгляд. А я чувствую себя так, будто меня застали за запрещённым делом. Похоже, Инара хочет что-то сказать, но перед Колдуном не решается. Но что-то в её лице подсказывает мне, что ее слова мне бы не понравилось.

– Пойдём, – он продолжает пристально на меня смотреть.