Но сударыня Налина Делей не стала ворчать о нравах младшего поколения. Лишь улыбнулась, и крохотные морщинки собрались в уголках ее внимательных глаз.
- Значит, ты уже не одна, девочка моя.
- Я же говорил, что не брешу про знак высших сил! – подхватился Тенька. – Да они на весь Принамкский край транслируют про нашу дорогую обду, голодную, холодную и совсем расстроенную!
Клима представила, как сейчас к ней в спальню потихоньку стянутся все заслуженные колдуны, которым она накануне устроила сперва разнос на совещании, потом коллективный вычет из жалования и одно показательное понижение в должности. Видеть эти рожи снова не было никакого желания.
Налина тем временем по-хозяйски подтащила к кровати журнальный столик и водрузила на него солидных размеров котелок, заботливо укутанный в пару тряпиц. Стоило сдвинуть крышку, как по комнате поплыл умопомрачительный аромат горячей каши на сале.
Тенька облизнулся, но получил по лбу ложкой. Потом эта же ложка была вручена Климе.
- Где это видано, обду всухомятку подкармливать, – попеняла молодому коллеге Налина. – С одной колбасы и «воробушек» ноги протянет!
Прямо в одеяле Клима подползла к краю кровати и молча запустила ложку в кашу. Насчет колбасы она бы поспорила, но сил уже не осталось. Тенька грел ее с одного боку, Налина с другого, каша сытым теплом проникала внутрь, а незанятая ложкой рука сжимала приятно побулькивающую баклагу. Горький ком в горле распался и только редкие слезинки нет-нет, да срывались на щеки.
Налина вздохнула и утерла ей нос платком.
- Ох, высшие силы, скажи мне кто раньше, чем я буду заниматься на старости лет. Прокляла бы лгуна! Ты плачь, девочка моя, легче станет.
- Не надо ей плакать, – заспорил Тенька. – Она так совсем в Лерку превратится! Кстати, слышали новость про Геру и Лернэ? Хотя, чего я спрашиваю, конечно, не слышали! Даже Гулька еще не знает. Интересненько это у них получилось!
Клима моргнула и вопросительно повернула голову. Воодушевленный успехом Тенька продолжил:
- Оказывается, пока я болел, Гера всеми силами пытался утешить сходящую с ума Лерку, та была не против, ну и они… того, переусердствовали. Словом, осенью я стану дядюшкой.
- Лерочка беременна? – распахнула глаза Налина Делей. – Никак от них не ожидала!
- Ага, – согласился Тенька. – Я тоже думал, что уж они-то сперва хотя бы поженятся. Но Лерка счастлива, Гера тоже, они друг друга обожают, и есть только одна помеха их радости.
- Война? – тихо уточнила обда.
- Вот еще! – фыркнул Тенька. – Пятьсот лет война, их такие мелочи не смущают. Мне удалось вытянуть из Лерки, что эта чудовищная причина – я.
Клима выглянула из одеяла и с недоверием приподняла брови. Налина недоверчиво фыркнула.
- Именно! – Тенька кивнул. – Сам не думал, насколько все интересненько. А дело было так. Аккурат в дни моего выздоровления Лерка догадалась, чего с ней происходит. Само собой, в рев и к Гере. Тот послушал и рубанул: женюсь! Лерка снова в рев. Я, по ее мнению, еще такой слабенький, а вдруг окочурюсь от потрясения. Решили подождать, пока я не поправлюсь. Потом я опять поссорился с Айлашей, и они не хотели меня тревожить. Потом я помирился с Айлашей, но в разговоре с Герой, убей не помню когда, ляпнул несколько фраз, истолкованных нашими влюбленными так, будто я сильно расстроюсь, если кто-то в моем ближайшем окружении вздумает пожениться.
- Что за фразы?
