— Пройдись по нему зубками, — подсказала сёкая. — Самую капельку сожми, чтобы чувствовалась твёрдость. Так ты поможешь Марише чуть-чуть сбросить пар.
И хоть совет этот был слишком общим, я сразу же понял, что Мара предлагает мне сделать. Аккуратно захватил клитор ртом; стараясь не задевать его языком и губами, слегка сжал передними зубами у основания и, едва касаясь, провёл ими по упругому стволу до самой головки. Мариша выгнулась и зарычала, испытывая острые ощущения, однако я чутко отслеживал, чтобы они не были болезненными. Переживания любимой женщины и то, как у неё перехватывает дух, доставили мне огромное удовольствие, я повторил эту ласку ещё пару раз и таким образом помог Марише отсрочить разрядку.
Ну а дальше я действовал мягко и аккуратно, облизывая клитор по всей его длине, и, чутко отслеживая, чтобы блаженство Мариши не выплеснулось через край, стал плавно подводить её к пику.
И вот он, волнительный момент, когда меня самого трясёт от острого возбуждения женщины, от пронзающих её тело импульсов сладкого электричества и от страстного желания взорваться, как бомба. Осторожно, словно сапёр, я взял пульсирующий стержень в рот и стал плавно засасывать его, чувствуя, что начинается обратный отсчёт времени. Стараясь не делать резких движений, я упёрся губами в основание и продолжил скользить языком вниз, ко входу во влагалище, вошёл в него и стал погружаться всё глубже и глубже.
Казалось, всё замерло вокруг и даже любовница моя почти не шевелилась. Она лежала на берегу водоема, откинув голову назад и закатив глаза от кайфа. Ноги её были согнуты в коленках и сладострастно разведены в стороны; стопы, подогнувшись навстречу друг другу, лежали на моих лопатках и мелко подрагивали, выдавая острое возбуждение. Мариша полностью раскрылась передо мной, отдавала себя в полное моё распоряжение, и это было неимоверно захватывающе.
Но вот я понял, что наши взаимные проникновения максимально глубоки, и сделал один лишь глоток, чувствуя, как волна сжатия проходит по языку, гортани и горлу. И этого хватило, чтобы Мариша вскипела как перегретая жидкость. Её ноги судорожно скрестились на моей шее и крепко вдавили меня в эпицентр кайфа. Она хрипло закричала от сотрясающего её блаженства и рванула, как кумулятивный заряд, выстреливая в меня зелёным напалмом, который изливался долго-долго, сопровождая мощный непрекращающийся оргазм.
И в этот момент я почувствовал, что клитор Мариши снова начинает расти и странным образом наливается твёрдостью. Его головка упёрлась мне в горло и слегка проникла в него. От неожиданности я попытался отстраниться, но Мариша с такой силой удерживала меня ногами, что я даже на миллиметр не сумел оторваться от неё. Да и влагалище её весьма конкретно ко мне присосалось, создав слегка болезненное натяжение в языке. Волнообразно сокращаясь, оно как-то умудрялось ещё и поить меня своими соками, нагнетая их в рот.
Выпустив бо́льшую часть огня, Мариша перестала извиваться и замерла, лишь время от времени вздрагивая. Её клитор продолжал очень медленно удлиняться и, упираясь мне в горло, вызывал эти всплески блаженства.
Я снова попытался отстраниться, принялся часто глотать, но мои трепыхания привели лишь к тому, что женщина разразилась новой серией судорожных вздрагиваний и, в конце концов, со стоном сама оттолкнула меня, всхлипывая и учащённо дыша.
— Пи…дец! — хрипло выругалась Мариша и рассмеялась. — Я уже пустая, но этот оргазм никогда не кончится! И что с моим клитором, почему он так зудит?
Мы вместе с ней уставились на здоровенный десятисантиметровый эрегированный штырь, и глаза наши синхронно округлились.
Сноски к главе:
[1] Подробное описание алхимической системы последователей дао дано в разделах 8.1 — 8.6 глоссария.
Примечание: В этой главе Димчика ждут серьёзные испытания запретными соблазнами. Не знаю статет ли это испытанием для читателей… Скорее нет, чем да, особенно для тех, кто читал моих футок. Но на всякий случай предупреждаю.
Изменения, которые произошли с женской ипостасью Мариши, вначале вызвали у нас одинаковые чувства. Правда, дальше каждый отправился своим путём. Я превратился в зачарованного истукана, а моя хозяйка заинтересованно улыбнулась.
— Вот те раз, — сказала она. — Не думала я, что это ваше зелье такое сильное. От голубого удовольствия мой клитор был лишь в полтора раза длиннее, ну и твёрже, пожалуй. — Она провела по стволу пальцами, слегка загибая его вперёд, и, охнув, откинула голову назад, а клитор её выпрямился и опять стал пульсировать. — Твою ж ма-а-ать! — простонала она. — До чего же чувствительный! Я словно кончаю, когда касаюсь его!
— М… можно мне потрогать? — спросил я, слегка заикаясь.
— Не-не, не сейчас! — выдохнула Мариша и поспешила спуститься в воду, чтобы… ну, в горячем водоёме, конечно, трудно было охладить плоть, но, кажется, магессе в воде малость полегчало. — Эй, алхимички недоделанные! — обратилась она к амазонкам. — Долго ещё продлится действие зелья?
