— Ну-ну, палку в этом деле тоже нельзя перегибать, — мягко сказала Фиона. — Подготовка должна быть строгой, но не жестокой. Но тебя, как я посмотрю, воспитали очень правильно. Та, что обучала тебя, знала в этом толк. Я бы на её месте тебя после этого не отпустила.
«А она и так не отпустила меня», — подумал я о Маре.
— Скажи, а ты не жалеешь, что тебе пришлось расстаться со своей госпожой?
«Твою ж мать! И как мне на этот вопрос отвечать?!»
Но я замялся лишь на мгновение. И нужные слова быстро нашлись.
— Она по-прежнему со мной, в моей душе, — тихо сказал я, — я даже слышу её голос.
Мара прыснула и громко загоготала, а Фиона, похоже, расчувствовалась от моих слов.
— Достойный ответ, — торжественно похвалила она. — Действительно. Что ещё рабу остаётся, когда он лишён всяческих прав? Но боже, с каким бы удовольствием я всыпала некоторым дамочкам, которые легкомысленно относятся к своим питомцам. Наиграется с ним, натешится, потеряет интерес и перепродаст, и даже не подумает о чувствах самого мужчины. О-о-ох! Сколько ещё вдалбливать в их куриные головы, что мы ответственны за тех, кого приручили!
«Господи! — испуганно подумал я. — Она же меня просто убьёт, если правду узнает. Я пропа-а-ал!»
— Хи-и-и! Не боись, — рассмеялась Мара, — Маришу я предупрежу, и она тебя, если что, прикроет. Но какая душещипательная история получилась, просто пре-э-элесть! — добавила она, повизгивая от восторга.
«Но ведь кроме Мариши есть и другие женщины, — расстроено возразил я. — Те, кто на Земле со мной были знакомы: амазонки и Виктория. Вдруг проболтаются?»
— Кроме Мариши и меня о прошлом твоём никто не знает. Если той же Виктории Фиона начнёт вкручивать про тебя как про идеального раба, она ничего возразить не сможет, потому что познакомилась с тобой уже после того, как ты стал парием. Амазонки тоже о прошлом твоём не знают. Так что не дрейфь. Не выплывет эта правда наружу, если никто память твою направлено сканировать не будет. А Фиона не способна на такое. Вот будь она клериком, тогда можно было бы опасаться, что она залезет тебе в мозг.
«В этом доме и клерики есть», — напомнил я.
— А я сильный клеринический дух, — самодовольно ответила Мара. — Квадрат десятого уровня. Поэтому от мастера-треугольника я тебя защищу, если будет в том необходимость. Но с грандмастером мне, увы, не сладить, так что постарайся, чтобы у Светлены не возникло желаний в память твою заглянуть.
«Постараюсь, — сказал я. — И спасибо».
Фиона тем временем вышла из состояния мрачной задумчивости и, мягко взяв мои щёки в свои ладони, обратила лицом к себе.
— Не переживай и не расстраивайся, — подбодрила она меня, тепло улыбаясь. — Мариша — добрая женщина, ты с ней не пропадёшь.
— Да, — ответил я, улыбаясь в ответ. — Я очень рад, что принадлежу ей. Очень-очень рад!
— Хм-м-м, ещё бы, — слегка нахмурилась Фиона. — Она ведь тебя так балует. Боюсь, как бы совсем не испортила. А не хочешь стать моим?
«Что?! Испытывать такой стресс каждый день?! Да ни в жизнь!» — мысленно испугался я. И, наверное, чувства мои отразились в глазах, за которыми Фиона очень внимательно следила, потому что сама она нахмурилась ещё больше.
— Будь очень осторожен в своих словах, — серьёзно предупредила Мара. — Неправильным ответом ты можешь растерять все очки хорошего отношения, которые с таким трудом заработал.
«А-а-а-а! Ну за что мне это!» — мысленно простонал я. Опять бедный Штирлиц оказался на волосок от провала.
— Го… госпожа, — сказал я, слегка заикаясь. — Я… Вы… мне очень нравитесь, и я… с большим удовольствием буду Вам служить… в этом доме, но…
Замолчав на несколько секунд, я лихорадочно искал обтекаемое продолжение.
— Но, что? — подстегнула мой ответ Фиона, становясь ещё мрачнее.
— Но я очень люблю Маришу, — ответил я, не найдя ничего лучше, чем сказать правду. — Эта госпожа крепко пленила моё сердце, и я буду… буду очень несчастен, если… перестану ей принадлежать.
Магесса вздохнула, и настроение её разом качнулось в романтическое русло, а чувства переполнились светлой грустью и сентиментальностью.
— Бо-о-оже! Ну я больше так не могу! — простонала она, озаряясь улыбкой. — Как же завидно-то! Везёт же этой чертовке! — Фиона снова стиснула мои волосы на голове и сжала их до боли. — Но я всё равно буду играть с тобой, — добавила она, хищно улыбаясь и поедая глазами моё лицо. Потом отпустила и погладила по щеке. — Мы с Маришей компаньонки, а значит, я всегда смогу тебя одолжить. Пока что я тебя отпускаю. Сегодня вечером и весь следующий день, думаю, мне следует уделить время Валентину. Надо бы поработать с его навыками раба. Теперь я в полной мере осознала, что они ещё далеки от совершенства. Но вот послезавтра, — магесса мечтательно прищурила глаза, — я снова тебя позову, чтобы насладиться работой мастера.
Она вдруг привлекла меня к себе и мягко поцеловала в губы.
— Ну всё, иди. Вернее нет. Пойдём, я тебя провожу.
Мара подсказала мне, что поскольку команда "вольно" ещё действует, я могу не бухаться на коленки и идти на своих двоих. Фиона проводила меня до дверей, выглянула наружу, увидела Аларну и позвала её к себе.
