Костя у нас мастер картинно вздыхать. Или это у него такая реакция на мои выходки.
***
В четверг, выходя из школы, я встретила Елену Николаевну.
– Ой, здравствуйте! Какими судьбами вы здесь? – удивилась я.
– Наташенька, здравствуй. А я к тебе. Хотела поговорить.
– Давайте тогда ко мне в гости? Только в магазин забежим, купим чего-нибудь к чаю, – предложила я. – По улице на семи ветрах гулять холодно.
– Хорошо, – быстро согласилась женщина. Судя по её покрасневшему носу, она давненько меня ждёт.
– Вы в отпуске, да? – спросила я в лоб.
Ибо странно: работники бюджетных учреждений обычно не разгуливают средь бела дня.
– Знаешь, Наташенька, я уволилась. Мне пятьдесят пять исполнилось летом, так что пора и на пенсию. И так столько лет отдано нелюбимой работе. Если вдруг захочется чем-то голову занять, устроюсь по старому знакомству на полставки. А пока у меня другие дела.
– Поздравляю с пенсией. А о чём поговорить хотели?
– О детях. Я так давно не занималась воспитанием детей, что уже не знаю, справлюсь ли с приёмным родительством.
– Уверена, у вас получится, – поддержала её я. – А если будет трудно, зовите меня – я помогу.
– Как раз твоя-то помощь мне и нужна, – взволнованно вздохнула Елена Николаевна. – Мы с Мишей хотим взять ребёнка из детского дома, где работала наша Юленька. Наверняка ты знаешь многих деток так, как не знают воспитатели. Может быть, посоветуешь кого-нибудь, кто хочет в приёмную семью?
Такого ребёнка я знала. Ну, или не совсем ребёнка. Правда, нежных чувств к этой темпераментной особе не испытывала.
– Давайте, я подумаю, пока мы ходим в магазин, и за чаем обсудим. Идёт?
– Идёт! – кивнула Елена Николаевна.
По дороге мы говорили про комнатные цветы и уход за ними, рецепты пирогов и прочие мелочи. Разговор лился без напряга, сам собой.
Очень нравится мне Юлина мама, надо бы нам почаще видеться. И я, глядишь, уму-разуму наберусь, и про Костю, может быть, что-нибудь полезное узнаю. В завоевании мужчины важна каждая мелочь.
***
Дома, когда я сняла шапку, Елена Николаевна заметила мою новую причёску:
– Ты совсем девочкой кажешься с этой стрижкой, – честно сказала она. – Но тебе идёт.
– Да представляете, во вторник, когда я играла с малышнёй, один юный умелец сплёл мне на голове такой шедевр, что мы с Костей весь вечер не могли расчесать. Вот и пришлось вчера ехать стричься.
– О-хо-хо! Даже такое бывает?
– Бывает. Им ведь всего-то и надо: чтобы их любили, кормили и побольше играли с ними. Играть они обожают больше всего, – поделилась я, – но иногда заигрываются.
За чаем наш разговор о сложном выборе продолжился.
– А вы уже смотрели по базе? Кого предпочтительно хотели бы взять? Мальчика? Девочку? Какого возраста? – уточнила я.
– Нам с Мишей понравился мальчик. Ему четыре года, зовут Арслан. Чёрненький такой. Знаешь, наверное.
– Знаю, как не знать! – посмеялась я. – Это как раз и есть наш юный парикмахер.
– Надо же, – улыбнулась Елена Николаевна. – Но с ним не всё так просто: у него есть старшая сестра, она тоже живёт в этом детском доме. Только не запомнила, как её зовут…
– Гулька, что ли? – догадалась я.
Мне она иногда попадалась в доме малютки, но я думала, что, может, её по делу туда отправляли или в ней тоже, как в нас с Танькой, проснулся волонтёр.
– Да-да, может быть. Имя такое нерусское… – кивнула женщина. – Вот и не знаю. По закону можно забрать только одного ребёнка в семью, но, как по мне, разделять родных брата и сестру – это нехорошо. Эвелина Захаровна сказала, что старшая сестра Арслана мечтает, чтобы её удочерили. А я, наверное, не готова взять большую девочку…
– Понимаю, – поддержала её я. – Правда, я не знала, что Арсланчик – Гулькин братик. А Михаил Васильевич что думает об этом?
– Он тоже в сомнениях. Всё-таки брать сразу двоих – это огромная ответственность. Вот и хочу посоветоваться с тобой. Ты ведь знакома с обоими.
– Ну, Арслан – он любит втихушечку нашкодить. Мальчуган он, конечно, очаровательный, но, как по мне, сильно запущенный. Ему очень не хватает внимания. А Гулька – та ещё попрошайка. Прилипнет, как банный лист к мягкому месту. Очень эмоциональная и ревнивая. В школе учится хорошо. Надеется, что, если она будет умницей, приёмные родители её выберут. Хотя в жизнь в семье она уже почти не верит, потому что усыновляют в основном грудничков и красивых детей. А у Гульки – нос, – поделилась я всем, что знаю про эту маленькую чернявую семейку.
– Ты говоришь, а мне уже страшно, – призналась Елена Николаевна.
– Рассказываю, как есть, – пожала я плечами. – Из всего детского дома Гуля больше и громче всех мечтает, чтобы её забрали в семью. А ещё она ненавидит меня за то, что Костя забрал меня, а не её.
– Ой, батюшки, как всё сложно, – покачала головой женщина и потёрла ладонями лицо.
– А вы не торопитесь, взвесьте всё как следует, обсудите с мужем. Если хотите ребёнка без прошлого – берите грудничка, но за ними обычно целые очереди выстраиваются.
– Спасибо тебе, Наташа, от всей души, – поблагодарила она.
