Когда доложили о Филиппе Сомсе, Бесси вздрогнула и покраснела, но едва ли эти внешние проявления позволяют судить о силе ее волнения. Первым ее желанием было бежать, однако она понимала, что это смешно, что такой ранний визит Филиппа — хороший знак и что даже самый пылкий влюбленный не сможет сделать предложения, если предмет его обожания будет постоянно бегать от него. Итак, она осталась на месте и не выказала ни малейшего трепета, когда здоровалась с Филиппом. Миссис Фосдайк, как обычно, приняла молодого человека радушно.
— Очень рада видеть вас, Филипп, — сказала миссис Фосдайк, заметно постаревшая после смерти мужа. — Я слышала, у вас гостит друг.
— Да, старый университетский товарищ, которого, я надеюсь, вы позволите вам представить.
— Ах, мне не до новых знакомств, Филипп. Я не собираюсь хандрить и сидеть взаперти, но чувствую, что мои жизненные силы истощились…
— Да, от такого удара сложно оправиться, — со вздохом сказал Филипп. — Правда ли, что вы сняли коттедж старика Моррисона, который находится рядом с нами?
— И да, и нет; я еще только собираюсь сделать это. Он достаточно просторный для меня и Бесси, а в Дайке я не хочу больше оставаться.
— Там вам будет очень удобно, к тому же вы окажетесь в кругу старых друзей. Но я пришел просить вас о большом одолжении…
Мисс Хайд вздрогнула.
— Одолжение у меня, Филипп? Вам следовало бы обратиться ко мне в другие времена — когда мое благосостояние не вызывало сомнений.
— Однако вы в силах сделать мне одолжение, миссис Фосдайк. Я прошу у вас руки мисс Хайд.
С этими словами Филипп поклонился Бесси.
— Это безумие! — воскликнула девушка слабым голосом.
— Я желаю только получить позволение миссис Фосдайк, а потом постараюсь все объяснить.
— Она добрая девушка, — сказала хозяйка Дайка, как только оправилась от радостного удивления, что ее давнишний план удался, — я не только позволяю вам сделать это, но и от души советую Бесси согласиться.
— Вы все знаете, Филипп? Точно ли это? — пролепетала девушка.
— Доктор Ингльби все мне рассказал, и теперь ваши тайны кажутся мне смешными, как я и думал. А теперь, Бесси, в присутствии миссис Фосдайк я спрашиваю, хотите ли вы быть моей женой?
— Постойте! — воскликнула миссис Фосдайк. — Какая у вас тайна, Бесси? Ах! Она уже принесла мне горе: моя самая сильная ссора с Джоном случилась из-за этой тайны. Неужели всем, кроме меня, должно быть о ней известно? Мне кажется, я заслуживаю вашего доверия, милая.
Бесси вскочила со своего места, потом опять села и со слезами на глазах посмотрела на жениха.
— Миссис Фосдайк, — произнес Филипп, — позвольте мне поговорить с Бесси наедине, а потом она все вам расскажет. Я хочу дать ей один совет. Пойдемте, Бесси…
Обе дамы покорились этому решительному молодому человеку; миссис Фосдайк пожала ему руку и пожелала успеха, а Бесси встала и пошла за ним. В передней она надела шляпку и накидку, и Филипп повел ее в розарий. Там он вдруг остановился и резко произнес:
— Ну, Бесси, что вы скажете теперь?
Девушка пришла в негодование от его тона, но тотчас рассудила, что этот человек сделал ей предложение в третий раз, что даже история ее жизни ничего не изменила в его отношении к ней и что она любит его. Да и вообще женщины после первого сопротивления не без удовольствия покоряются своим властолюбивым обожателям.
— Филипп, — ответила она, — будет так, как вы пожелаете.
— Стало быть, дорогая, вы принадлежите мне! — воскликнул он, обнимая ее и целуя. — Теперь, Бесси, я хочу задать вам несколько вопросов. Что вам известно о вашей матери?
— Почти ничего, как я и говорила доктору Ингльби. Я редко виделась с ней. Она — статная и красивая женщина, с очаровательным голосом и прекрасными манерами; ее поцелуи и ласки были сдержанны, стоило войти моей тетке, как она сразу же становилась церемонна и холодна. Я уверена, что у них с ее сестрой существовал какой-то уговор на этот счет. Когда я упрашивала мать позволить мне навещать ее, она говорила, что это невозможно, и я даже не знаю, где она живет. Мне кажется, мы с матушкой полюбили бы друг друга, если бы имели возможность не скрывать наших чувств; но в последнее время мы с ней виделись очень редко.
— А ваша сестра?
— Сестра? — удивилась Бесси. — Я не знала, что у меня есть сестра!
— Она от другого отца; но мне говорили, что Нид Фоксборо очень хорошая и милая девушка.
— Как приятно! У меня есть сестра! Встречусь ли я когда-нибудь с ней? — тихо спросила Бесси.
— Да, вы непременно с ней встретитесь и даже будете с ней часто видеться. Вы слышали, что у меня сейчас гостит один университетский товарищ?
— Вы нам сказали это за чаем.
— Его зовут Герберт Морант, и он помолвлен с мисс Фоксборо. Я намерен сделать моего друга пивоваром и компаньоном фирмы «Сомс и сын». Теперь только от Герберта зависит, устроит ли он свое будущее. Но, когда человек влюблен, можно не сомневаться в его решимости, — с улыбкой заключил Филипп.
— Вы должны привести этого Моранта к нам и познакомить нас. Мне будет приятно поговорить с ним о моей сестре!
