– Знаешь, Манфред, выгоду от сделки с тобой мы ощутим нескоро, а вот меч ты получишь сразу. Того гляди, и вовсе восстание провалится и мы останемся ни с чем. Нет, так не пойдёт. Мы ведь не бедствуем.
И чем Зигфрид думает в подобные моменты? Не головой, уж точно. Брун Манфреда терпеть не может, но предложение его вот так поспешно не отверг бы. Любой, у кого на плечах не задница, сделал бы также. Это же королевский двор! Какой там рынок сбыта! Знать любит дорогие вещи по дешёвке. А в данном случае, по дешёвке – значит, вдвое дороже, чем на рынке из-под полы. Все в выигрыше. Каждый здесь сейчас об этом подумал.
– Впрочем, – продолжил Зигфрид, – кое-что ты можешь сделать уже сегодня.
– Выкладывай.
– У нас тут нежелательные соседи в тоннелях завелись. Наверно, уже слышал о пропавшем отряде Железных?
– Они в канализации прячутся? – удивился Манфред.
– Ну, прячутся – это сильно сказано. Они выход найти не могут.
– Хотели через тоннели в замок попасть? Как они их нашли?
– Пришли и спросили.
– И вы их там бросили? – усмехнулся Манфред. – А теперь по канализации ходить опасно, да? От меня-то ты чего хочешь, чтобы я один перебил отряд Железных?
– Кучку голодных измождённых доходяг.
– И что же вы их сами до сих пор не перебили?
– Мы воры, а не солдаты. Да и надеялись, что они сами сдохнут.
– Я встречался с Железными, их как угодно можно назвать, но уж точно не доходягами.
– То есть сдрейфил?
– Нет, я согласен. Мне нужен проводник.
– Хорошо, приходи к нам…
– Сейчас.
– Без подготовки?
– К чему там готовиться? Всё, что надо, с собой. Давай-давай, живее. Времени нет, дел по горло. Я ведь гвардеец, у меня обязанности, не забыл?
– Я дам проводника, но не надейся, дорогу в замок он не отыщет.
– Тебе ли не знать, что я всегда держу слово.
Брун помнит, как Манфред, пообещав, сломал Зигфриду нос, когда тот в очередной раз обратился к нему на «
– Ты сейчас куда? Никаких важных дел? – полюбопытствовал Фольк.
– Так, в пару мест заскочить. Ничего особенного.
– С тобой сходить?
– Не, сам справлюсь.
– Ладно, если что, знаешь, где меня искать.
Фольк ушёл, а Брун спустился с балкона и подошёл к трону.
– Где тебя носит?
– Заночевал у Гайи.
– Эта девица тебя погубит.
– Мы что, и вправду в сокровищницу Эбергарда полезем? – Брун перевёл разговор в иное русло. Не любит говорить о Гайе.
– Если заберём один меч, герцог на нас не подумает, а если и подумает, то не ополчится. Мы ведь решили проблемы с Железными, не так ли? И наконец-то можем доложить.
– Пока что не решили, и зря ты не согласился на предложение Манфреда.
– Сам знаешь, проблему с ублюдками в тоннелях нужно решать. Ты ведь даже идиотом меня назвал из-за них.
– Кто тебе сказал?
– Какая разница? Говорил или нет?
– Я сказал, что ты по-идиотски поступил и потому у нас проблемы.
– Всё я сделал правильно. Не понимаю, почему они до сих пор не передохли. Чем они там питаются, говном что ли?
– Да там одних крыс хватит, чтобы войско прокормить. Я ведь говорил, что не сдохнут они сами. Это же умелые воины, а не шпана какая. Скажи спасибо, что они выхода не нашли.
– Ой, вот не надо только опять напыщенных баек про то, как на войне характер закаляется. И я в детстве крыс жрал, когда ничего не оставалось.
Ах да, Брун виноват перед Зигфридом за то, что пошёл на войну, и вспоминать о своём злодействе не имеет права, тем более – гордиться. И наплевать, что умения, полученные там, сослужили по возвращении добрую службу. Когда-то Брун мог убить разве что ножом в спину и потому прежний крысиный король не видел в нем угрозу.
– С нами хочет переговорить главный купец.
– Его зовут Арнульф. Ты бы запомнил, вдруг когда-нибудь самому придётся с ним встречаться.
